Тупо Практик

Розовый же зонтик в снежную погоду, который он лениво держал, закреплял образ.

— Ты знаешь, кто я? — распространил жажду крови оппонент Хао.

— Понятия не имею, — признался толстяк с таким же величественным видом. Его взгляд был непроницаем.

Ну, это, наверное, потому что он вообще почти не смотрел на противника, а украдкой любовался «Госпожой». Жалкие подробности...

— Хао из клана Утренней Зари, я, Ву из клана Кровавой Смерти племени кровавых людей, не убью тебя, но уничтожу саму твою личность! Отомщу за то, что сделали твои Предки с моим племенем! Весь регион Забытого Облака после этого испытания узнает, что наследник одного из сильнейших кланов — слаб!

Хао, подняв бровь, неспешно стряхнул с розового зонтика снег.

Его длинные волосы развевались на холодном ветру. Он продолжал молчать.

— И? — наконец, спустя воистину долгую минуту гляделок, подал голос толстый Практик. — Будешь нападать?

— ТЫ ИЩЕШЬ СМЕРТИ!!! — не выдержал Ву, до этого наблюдавший за Хао, что вёл себя как невинный, добрый, — хотя, может не самый добрый, — толстяк.

ОН ЧТО, МУСОР КАКОЙ-ТО?!!

Красноволосый Практик, достав из красного пространственного кольца какие-то бумажки, подкинул их в небо. Они застыли и выровнялись, став распространять духовную энергию.

Из бумажек буквально вылетел луч духовной энергии, что хоть и не совсем точно, но летел в толстяка.

— Офигеть тут технологии! — где-то послышался выразительный вскрик на неизвестном, для этого мира, языке.

Хао, втянув живот, сконцентрировал духовную энергию, после чего резко выплеснул её, буквально сметая духовную энергию противника.

Не давая и шанса кинуть ещё один массив, толстяк, всё ещё держа зонтик, достал массив-бомбочки переселенца и, дополнительно усилив бросок духовной энергией, перед этим их активировав этой самой духовной энергией, отправил в красноволосого мстюна, что успел поставить купол, так похожий на тот, который делает Минхе.

Жаль, что взрыв нескольких массив-бомбочек был достаточно мощным, чтобы снести купол вместе с молодым господином.

— К-ха! — закашлялся раненый Ву, пытаясь встать, но громкий взрыв, очевидно, его оглушил.

Толстяк, гордо подняв подбородок, неспешным шагом, стряхивая с зонтика вновь скопившийся снег, подошёл к молодому господину, после чего величественным взглядом посмотрел на немного обалдевшую массовку.