Мальчик-Которого-Нет

Да и с Эльзой я ее познакомила, а хаффлпаффка нас обеих - с Шимоном.

Драко долго пыхтел и ныл из-за того, что шарф я связала не ему, так что пришлось пообещать этому бледнолицему вымогателю следующее изделие.

А Невилл просто восхитился и устроил нам очень познавательную лекцию о растениях, из которых в разных уголках мира в прошлом и сейчас изготавливали пряжу.

Драко я в итоге связала носки. Серебристо-серые в ярко-зеленые яблочки. Думала, обидится, но Малфой остался очень доволен и утащил добычу с видом победителя.

Теперь это были его зимние спальные носочки. Но оказалось, что то ли с составом, то ли с первыми экспериментами по вливанию магии в нить я перемудрила, и носки оказались очень теплыми. Настолько, что Драко спал с ногами вне одеяла.

Снейп свой подарок принял с непроницаемым лицом. Даже поблагодарил. Но я была почти уверена, что носить шарф декан не станет.

И ошиблась. Профессор появился в подарке на следующем матче по квиддичу, а я оценила, как ему идет выбранный мною оттенок зеленого.

Но только я решила, что Снейп стал ко мне добрее, как при попытке прокрасться в личные комнаты декана меня сплавили Локхарту с таким злорадным выражением лица, будто я была чумой, и зельевар надеялся с моей помощью извести златовласку.

Знал бы профессор, что этим только облегчил мне задачу!

Если канонный Гарри бегал от Гилдероя, то я только искала способ остаться с ним наедине.

Уроки Локхарт вел еще хуже, чем в книге, а на отработках заставлял меня набирать под диктовку новый опус «Я – волшебник» на старенькой печатной машинке, каждый час прерываясь на чашку какао с зефирками.

В личном общении златовласка оказался симпатичнее. Стало ясно, что он не так глуп, как кажется. За несколько вечеров я выяснила реальную биографию писателя, которая оказалась не столь красочной, как выдуманная. Он, конечно, ничего прямо не рассказывал, но хватило и оговорок.

Врали канон и фанфики, в этой вселенной в школе Локхарт мало чем отличался от других студентов. У семьи едва хватало денег на жизнь, так что златовласка носил обычные мантии, писал обычными перьями и не бесил всех образом самовлюбленного нарцисса.

Магически слабый, почти бесталанный, рейвенкловец добивался приемлемого результата зубрежкой и хорошим поведением.

Придумывать истории Гилдерой начал еще ребенком и к окончанию школы у него был написан цикл романов. И их даже взяли в печать. Но успеха не последовало. Волшебников мало интересовали совершенно немагические детективы.