Мальчик-Которого-Нет

Но я знаю одно, в том, что сейчас в Больничном крыле шесть из семи ваших игроков, а ваша декан покинула поле до окончания игры, моей вины нет. Виноват ты сам, раз смеешь перекладывать вину на меня, ваши игроки и ваша декан. Все произошедшее — просто карма, Уизли. Мгновенное наказание от высших сил.

Рон долго молчал. Только открывал и закрывал рот. Я ждала… и дождалась того, что сзади весьма выразительно кашлянули. Обернувшись, я узрела весьма впечатляющий зрительный зал: Дамблдор, Снейп, лорд Малфой и Драко. Сохранить лицо и не выругаться удалось титаническим усилием воли.

— Гарри, мой мальчик, как так можно? — мягко пожурил директор, выходя вперед. — Нужно понять чувства мистера Уизли. Его близкие пострадали, он просто не смог сдержать эмоций. Думаю, нам стоит побеседовать о твоем поведении.

«Да, отлично. Мало того, что так легко сорвалась. Так теперь еще и к доброму дедушке на чаек идти? — мысленно взвыла я, но тут же взяла себя в руки. — Не дождется!»

— Так что зайди перед ужином в мой кабинет, пароль… — продолжил добрым голосом Дамблдор.

«Меня чуть не убили, а о поведении говорить будут со мной? Зашибись!»

— Извините, господин директор, но если я хорошо помню Устав, то вы в школе занимаетесь административной работой, а воспитательная деятельность — прерогатива деканов, — чувствуя, что мои слова мне еще аукнутся, перебила я великого и светлого. — Мой декан — уважаемый мастер зелий профессор Северус Снейп. Профессор, у вас есть ко мне претензии?

Снейп, до этого хмуро молчавший, кашлянул и велел:

— Жду вас у себя в шесть, Поттер.

— Что ж… — продолжила я. — Лорд Малфой, приношу вам извинения за то, что перегородили проход. Хорошего дня. Директор Дамблдор. Невилл, идем.

Лонгботтом, прикидывавшийся все это время тенью на стене, быстренько проикал что-то вежливое и поспешил за мной. Сзади раздался смешок, довольно успешно замаскированный под кашель.

— Ну ты даешь! — восхитился герболог, как только мы отошли достаточно далеко. — Перечить Дамблдору!..

Я вздохнула, прекрасно понимая, что вырыла себе яму в два своих роста.

И от продолжения меня спасло лишь присутствие старшего Малфоя. При нем Дамблдор не мог напомнить мне о своем якобы опекунстве. Обитай я на Гриффиндоре и враждуй со слизеринцами, Люциус промолчал бы, но Дамблдора и это не устроило бы, ведь старший Малфой присовокупил бы этот момент к какому-нибудь разговору, а любой воспитанный по всем правилам волшебник понимает, что директор быть моим опекуном не может по всем правилам.