Пробить камень

Вместе они смотрелись: Фицпатрик был в оранжевой рубашке.

– Ши кэн транслэйт, – кивнул Фицпатрик на свою приятельницу.

– Ай эм спик, – сказал Турецкий и всем своим видом показал, что разговор желательно вести вдвоем.

Фицпатрик сделал едва уловимое движение бровями, и оранжевая женщина исчезла. Как оказалось, Турецкий не прогадал. У оператора было мало времени, и отпираться он не стал. Он сразу сказал, что очень сожалеет о случившемся, но изменить уже ничего не может, а главное, не хочет.

У Турецкого едва челюсть не отвисла.

Неужели сейчас Фицпатрик отведет его к какой-нибудь кладовке и покажет задушенного Мэдисона?!

Но все оказалось гораздо проще. Фицпатрик признался в том, что увел у своего режиссера подружку. Эту вот самую оранжевую. Тогда она, правда, была сине-зеленая.

– Как это?! – спросил огорошенный Турецкий.

Оказалось, барышня выкрашивается в цвета любимого мужчины. Нет, у Мэдисона не сине-зеленые волосы, но у него есть такой вот примечательный пиджак. Как это случилось? Очень просто.

Мэдисон сперва называл ее музой, а потом перестал обращать внимание. Весь роман продлился не больше трех недель. Зато вот у него, у Фицпатрика, большое человеческое чувство. У оранжевой женщины, кстати, тоже. И значит, впереди у них – долгая счастливая жизнь.

– Хм, – сказал опытный семьянин Турецкий. – А как он перенес измену любимой женщины?

– Вообще-то он менял их как перчатки, – сказал Фицпатрик. – Так что я не уверен, что он через неделю вспомнит о ней.

– Когда это случилось? Когда он обо всем узнал?

– В день до своего похищения.

Мог бы и соврать, подумал Турецкий, сказать,

что это было гораздо раньше. А так выставляет себя в невыгодном свете. Или наоборот, это такое изощренное алиби? Вот он я, дескать, весь на ладони вместе со своими грехами…

– Вы давно работаете вместе с Мэдисоном?

– Это была наша первая картина. – Фицпатрик вздохнул. – Жаль, что все так вышло. Мэдисон – гений, я всегда мечтал снимать для него.

– Как давно вы знакомы?

– Несколько лет, пожалуй.

На каком-то фестивале выпивали вместе. Не то в Монреале, не то где-то в Гонолулу…

– В Гонолулу есть фестивали?

– Для знающего человека фестивали есть везде, – веско сказал Фицпатрик.

– Очень интересно. А мог Мэдисон плюнуть на все и поехать куда-нибудь вот так тусоваться, «фес-тивалить»?

– Да вообще-то запросто, но…

– Но вы думаете, что его похитили?

– Но я же видел это своими глазами!

– Расскажите, пожалуйста.

Фицпатрик рассказал.