Поймать и загрызть бабушку

В какие края меня занесло...

– О... голубка моя... – Сумароков попытался вспомнить слова с детства въевшегося в голову популярного шлягера, который кто только не исполнял, от Мариэтты Альбони до Аллы Пугачевой. – Как тебя я лубл-у-у-у... Далее следовал провал в памяти, но это не испортило ему настроения... В синем просторе... дальнем чужом краю... ла-ла-ла... ла-ла-ла... Хорошо-то как!..

Сумароков не знал, – да и ни к чему ему это было, – что автор мелодии,  композитор и музыкант из Страны Басков Себастьян Ирадьер и предположить не мог, что после того, как «Голубка» впервые прозвучала на набережной Малекон и была подхвачена местными хабаньерос, она получит не просто всенародное, а общемировое признание.

Зима в этом году выдалась вопреки прогнозам совсем уж до противности мягкая, старожилы и не припомнят, и весна пришла рано. Солнышко с каждым днём пригревало всё сильнее, можно не спеша прогуляться по окрестностям, пройтись, – пока не понаехали американцы с немцами да китайцами, – узкими городскими улочками, полюбоваться сохранившими первозданный колониальный стиль домами, подышать свежим, утренним, без автомобильных удушливых примесей воздухом, прислушаться к деловой скороговорке океанского прибоя: всё ли у него в порядке.

А женщины... Какие женщины, горячие, игривые... Ух!.. На работу идти не надо. Хочу – пишу, хочу – в носу ковыряю.

– Ванечка! – послышался голос Вали-Валентины. – Кофе остывает, иди уже, завтракать пора... Я тебе сегодня заварила индонезийский. Круассаны с повидлом будешь?

Сумароков не то чтобы любил или не любил спутницу по жизни, – привык... Ему нравилось, что за ним присматривают, угождают, обслуживают, признают главой семейства. Нравилось и то, что Валентина умела готовить. «Асадо а ля паррилла», если по-простому, жаркое, жареное мясо, да в местном соусе «сальмуэра», – пальчики оближешь.

– Знаешь, кого я вчера встретил на рынке? За анчоусами свежими стоял. Ни за что не догадаешься... Того доктора.

– Из института?

– Ага... Представляешь. И сразу узнал. Привет, говорит, Иван Павлович! Нет, ты представляешь? Ну, я тоже как бы обрадовался, думаю, куда тебя черти занесли... Он-то виду не подает, что удивлен, пошли, говорит, по чашечке кофе отпразднуем встречу. Я и пошел... А что делать, не отказываться же.