Бюро с Косой

Почему жена до сего момента не возила детей в гости, неужели, знает, что некрасивая.

Почему Он ведёт себя столь надменно после каждого вопроса, словно бы собирается всё жене рассказать и обсмеять бабушкины мудрости и наставления.

Глаза его закатывались всякий раз всё дальше и дальше в траншеи морщинистого лба. Бабка умела вгонять в невероятно злобливое настроение. Он только и подумал, что будь у человека возможность действительно воссоздать весь спектр эмоций от такого биокровососа заранее, а не почувствовать его здесь и сейчас, то любой бы в здравом уме, да и он сам, попросту бы не поехал к такому кровососу.

А так, надеешься на что-то погожее, но получаешься всё-то же или похуже.

Он возненавидел мир. Мир, в котором есть она. Всего за несколько вопросов из её беззубого рта.

Коса шестая

Любознательность, как порок рабочего непрофессионализма

Знать бы заранее к чему всё приведёт и с каких стартовых позиций придётся брать новое начало, я бы не брался за предыдущие – думалось ему.

Мудро думалось, он сам себе это признал, просветлел.

Даже захотел записать ту мысль, чтобы потом поделиться. Но с кем. Коллектива рабочего больше нет. А Сопруга от такого услышанного взгрустнёт, ведь ей взнадобится пропустить всё через призму самоё себя. И ещё одно Его дальновидное, как Он считал и мудрое наблюдение – это называть друг друга Сопругами и иногда, в интимных делах – подпругами.

Мудрые мысли он комкал в голове, как бумаженции с творческими набросками, когда оставил все бремена доморазмещения у бабки Ниюрки на хрупкие плечи Сопруги, на её узкую спину, за коей искали укрытия совместные в сопружестве плоды соития.

И вроде легко на душе, словно выдохнул после утопления, но и тревога, а вдруг, не сдюжат, какую тогда стратегию защиты разрабатывать. А ему бы собственные проблемы решить.

Он так любил слушать музыку в одиночестве, а не себя в голове, но позабыл наушники в какой-то из своих сумок.

Он так любил любоваться лакированными носками ботинок, всегда прилежно вычищенных перед выходом в публику, но забыл губку в какой-то из своих сумок, но точно не в той, где забылись наушники.

Коса седьмая

Теперь его ботинки уныло зачерпывали на свои носы вальяжную грязь

Им бы ещё чихать начать.

Коса шестая

Любознательность, как порок рабочего непрофессионализма

Путешествие по центру Глубини к рабочему месту за её пределами занимало ровно столько же, сколько занимало церемониальное шествие до уборной в его прежнем офисе.