Бюро с Косой

Впрочем, самобичевание, угрызения, ностальгия и многое другое, витающее в его голове без чётких межей, схлопнулись с тем же звуком, с каким закрылась дверь авто, когда он вышел наружу.

Словно бы теперь голова пребывала в полном опустошении.

Пять фигур на ветхом крылечке, за ними тюки, сумки и баулы, ожидательные удары в звоночные бубенчики на входной двери, шаркающие, долгие такие шаги за дверью, слышимые из самый глубины, расположенного в самой глубине, той самой Глубини особняке. Длительное ожидание.

Ох и длительное.

Словно бы та долгая дорога.

Только сопровождается всё бесконечно шаркающими шагами. Вязкими, как похабная просека.

Каждый шаг заставлял зудеть ноги в недышащих ботинках, так уставшие от пятирублёвых монеток.

Когда же это закончится.

Ожидая, под звуки шагов, он устал больше, чем когда ехал сюда.

Даже мысль сторонняя пронеслась с заделом на будущее, даже надежда: что у Ниюрки найдётся для него второй комплект ключей, иначе, после каждого возвращения с работы, он будет тратить годы и годы своей жизни, в ожидании, когда она дошаркает до двери.

Дети тоже устали, хоть и спали в дороге. Жена поникла уже.

Её плечи, как раскрытая книга, позволяли читать. Читать, как она поникла от своего решения увязаться следом за супругом.

Он, наверное, сделает многое, чтобы она не пожалела, что поехала.

И так его почему-то выбесила из равновесия эта мысль сейчас, что, ведь он бы мог и не делать этого многого. И не ехать вообще в эту командировку. Уволиться вообще.

Словно бы, в колее завяз на похабной просеке.

Захотелось даже взъестся на жену, накричать, голос повысить хотя бы, чтобы она эту его надломленную справедливость восприняла и смиренно впитала.

И вот, распаляется он внутри, решимый, как никогда, начать агрессию, а дверь вдруг открывается.

Словно бы маска майя – высохшее то лицо, не знающее улыбки и гостеприимства. Но знающее крутой норов и отличное от всех мнение.

– Зайди-ка, внучок, сначала сам, расспрошу кой чего. А вы пока ноги вытрите, не хватало ещё городской грязи с ваших паласов машинных в моём доме! – произнеслось что-то с района прорези, похожей на рот, на этой древней древесной маске майя, в ответ на искренние приветствия жены и неискренние напускные привечания детей.

Словно бы и рада, но по своим правилам.

Коса пятая.

Около ста вопросов и примерно сто наставлений.

Распространению болезни подобно заселение гостей, заселившихся в объятия твоих четырёх стен на неустановленные сроки.