Скользящий

Он находился недалеко от Нигины, по этому попал под воздействие способности Германа. Увидев что происходит и мгновенно оценив ситуацию, он принял судьбоносное решение — убить некромантку. Затем он сможет объяснить защитникам, что был слаб против еë магии и выжидал момента избавиться от неë.

Крол очень боялся стать бестолковым зомби в рядах армии нежити. Выхватив свой жертвенный кинжал, шаман запустил его в некромантку.

Нигина успела повернуть голову и разглядеть как к ней приближается стремительная тень, но не успела среагировать.

— Нет! Черныш! — закричала она со слезами на глазах, падая на колени и руками трогая бьющегося в агонии, смертельно раненого кинжалом чëрного ворона. Верная птица успела прикрыть своим телом свою хозяйку.

— Убить! Всех убить! — безжизненным голосом скомандовала Нигина.

И тут же голова Крола слетела с плеч, отрубленная мечом костяного рыцаря — генерала армии нежити.

Началась массовая рубка. Гнолы перешли на сторону защитников крепости.

Я всё также стоял со включенной защитой, прикрывая себя и деда. А наш новый приятель — Скреб прикрывал меня ото всех.

Нигина всё также сидела на коленях и поглаживала тело ворона.

— Ах, я старый дурак! Это твоя сестра, поэтому эта многоножка тебя слушается и именно поэтому я не смог погасить её сознание. А не потому, что она нежить. Сашка, ты понял? — спросил меня Маратович.

— Сестра? Охренеть! Что делать будем, Гер? — просто офигел я.

— Если я всех погашу сейчас и тебя в том числе, то Скреб меня схарчит.

Глава 15. Мы в ответе за тех кого приручили.

— Скреб, защити леди Магбет и всю еë банду! — принял я решение и отдал приказ многоножке, указывая рукой на контратакующих, выбежавших из донжона.

Это создание посмотрело на меня своими умными, фасетчатыми глазами и протяжно заурчав, помчалось в сторону защитников крепости, снося всё и всех на своëм пути.

Леди Магбет, увидев этот белый бронепоезд мчащийся на неë, попрощалась со своей жизнью и на остатках сил сколдовала "Святое слово", развоплощая тысячи скелетов и зомби вокруг себя, теряя при этом сознание от перенапряжения.

Некоторое время спустя.

Первое, что услышала Магбет приходя в себя, это грубый голос Зевса.

— Да очнись же ты наконец! — рычал минотавр в лицо магессе.