Поражающий агент

– Сколько же у вас жен, гражданин следователь? И сколько собак?

Ответить Турецкий не успел, ожил мобильный телефон. Он глянул на дисплей, номер не определялся.

– Да?

– Александр Борисович? Как только мне сказали, что вы звонили, я тут же перезвонил. – Это был президент.

– Видите ли… – Турецкий назвал президента по имени отчеству, – я хочу узнать, была ли у вашей собаки справка и клетка. К расследованию обстоятельств аварии это, собственно, отношения не имеет, но все-таки хотелось бы…

– М-мм… – сказал президент.

– Медицинская. Ветеринарная. Так положено.

– И клетка тоже положена?

– Мне так объяснили в специальной службе.

– Первый раз об этом слышу.

– Вы раньше летали со своим псом?

– Обижаете, Александр Борисович! Он со мной весь мир объездил.

– Но это всегда было на вашем личном транспорте, правильно?

– Ну да.

– Вот видите. А в общедоступной гражданской авиации совсем иные правила.

Президент помолчал, проглатывая пилюлю. Потом сказал:

– Знаете что, я спрошу у жены и вам перезвоню, не отключайте телефон, хорошо?

– У человека, с которым вы говорили, очень расхожее имя-отчество, – заметила Богучаева.

– Да, я тоже обратил внимание, – улыбнулся Турецкий.

– Хотите еще кофе? – предложила она. – Я угощаю.

– Боюсь, – сказал Турецкий, – я не могу себе этого позволить. – Он имел в виду здоровье, и в частности – состояние пульса, но не уточнять же такие несимпатичные детали.

Две минуты спустя президент перезвонил:

– Знаете, Александр Борисович, это очень странно, но ее не было.

– Чего именно? Справки или клетки?

– И справки и клетки. То есть я хочу сказать, что, когда Семенов забирал Флипа, супруга ему ничего такого не давала. Я думаю, что он все это сам сделал.

– Он не звонил ни вам, ни супруге из Шереметьева?

– Нет, я специально сейчас у нее спросил. Догадался, что вы захотите это знать, – похвастался президент.

Турецкий бросил взгляд на Ирину. Ирина усердно рассматривала кофейную гущу.

– Последний вопрос, – попросил Турецкий. – В двух словах – о Семенове. Сколько ему было лет, предыдущее место работы?

– Лет около сорока, я точно не помню. Он военный моряк, подводник, мичман в отставке. Я могу прислать вам его личное дело. Только к чему это?

– Интересно, а как он к вам попал?

– Это долгая история.