Праздник по обмену

Разумеется, это значило, что гусей-лебедей, кем бы они ни были в прошлой жизни, нужно избавить от упряжи и выпустить на свободу ради сохранения в добром здравии замечательных сибирских озёр и в качестве знака уважения к красивым и гордым птицам. Инопланетцы устроили роскошную засаду в местах гнездования гусей и в два счёта вытряхнули их из упряжи, птицы и крякнуть не успели.

Потому Безымянный Богатырь вёл свою рать сражаться не с объединившимся злом, а с неназванными, наспех вписанными в сценарий лесными духами, которые распоясались среди сосен от бабы-Яжьей доброты.

Духи уже колыхались среди сугробов мрачными синеглазыми тенями, караулили дорогу, по которой из-за леса из-за гор, под звук барабана и трещоток, двигался медведь Потапыч с большим коробом жареных пирожков. Ветерок донёс их запах даже раньше, чем гости появились из-за поворота: большущий медведь с добродушной улыбкой, в синей рубахе и огромных лаптях на задних лапах…

– Медведь?! – хором поразились Буба и Кики и почему-то сделали по шагу назад.

… и его помощники-зайцы, пушистые, белые, глазастые – не звери, а суточный заряд окситоцина. Один заяц старательно колотил лапами по висевшему на шее барабану, два других залихватски тарахтели трещотками.

– Медведь здесь? Зимой? – навострил трапециевидные уши Континуант.

Злобные синеглазые духи медленно двигались к мишке и зайцам, показывая, что желают их сожрать немедля, вместе с коробом, пирожками и барабаном.

– Доблестная дружина! – Гаркнул Безымянный Богатырь.

– Прячьте детей! Это медведь-шатун! – вострубил Денотат и вскинулся, едва не сбросив со спины Матвея.

– Убить медведя! – взревел Ъэьх.

– Да нет, это добрый мишка из соседнего леса, я его с детства знаю! Он пирожки приносит к праздникам! – Громко басил Безымянный Богатырь, но его никто не слушал.

Мишка стал пятиться, зайцы вместе с ним. Злобные лесные духи ненавязчиво сменили траекторию – теперь они плыли не к медведю и зайцам, а к игрокам.

– Нет в лесу страшнее зверя, чем медведь-шатун! – Трубил Денотат. – Мы должны защитить от него наше поселение и наших добрых друзей!

Гусляр, сняв перчатки, спешно наиграл мелодию, воодушевляющую на бой со зверями, и прицепил красивые утиные перья на шапки ближайших пяти ратников.

– Никакому злу не позволим омрачать наш славный праздник! – кричали Буба и Кики.

– Медведь ещё и зайцев привёл! – воскликнул кто-то из женщин.