История одного яйца, или Миссия невыполнима

Так как плаваю я не очень хорошо, мне приходиться плескаться возле берега. Чтобы свести к минимуму возможность несчастного случая. Вдруг послышался громкий протяжный звук и плеск воды. Не успев обернуться, я почувствовала удар. В глазах потемнело, и тело начало тонуть. Но мне сказочно повезло! Кто-то схватил меня за волосы и выдернул на свет. Отплёвывая воду, я попыталась рассмотреть своего спасителя. Сквозь мокрые пряди, облепившие лицо, смутно различила два ярко зелёных пятна. Такой редкий цвет глаз я видела только у двух человек – её и моей мамы.

– С ума сошла? Ты же меня чуть не утопила!

Я выплюнула воду изо рта. Волевым усилием сдерживая себя, чтобы её не прибить. И проверила, на месте ли амулет на шее. С неё станется его сорвать и оставить меня без вещицы, которая служила защитой и была единственным напоминанием о роде моего ни разу не виденного папочки.

– Откуда я могла знать, что ты, заметив моё приближение, от радости камнем в воду пойдёшь? – с обидой в голосе сказала Милана.

– А ничего, что ты прыгнула мне на голову? – ну и наглость, ещё и я виновата.

– О, так это голова была? – удивилась сестрица. - Я ещё почувствовала, что обо что-то ударилась. Теперь у меня из-за тебя синяк будет, - потирая руку, сказала Милочка.

Блин, на это даже и сказать нечего. Вернее сказать то я много чего могу, но я же девочка, мне ругаться не положено. Хотя, кого я сейчас обманываю? Тот контингент, с которым мне приходится работать, культурного языка не понимает.

Я поняла, что взывать к сестриной совести бесполезно, лучше сразу переходить к делу:

– Мила, у меня больной с порчей. Мне нужна твоя помощь в переговорах с Лютовоем.

– Хорошо, – подозрительно быстро согласилась она, но тут же выдвинула условие. – Только сначала зайдём домой покушать.

Что я говорила? Еда - это святое для неё! И на голодный желудок она категорически отказывается работать.

– Нет, вначале на погост.

Нужна непоколебимость и твёрдость в таких разговорах. В противном случае у неё есть шанс меня переубедить.

– Ну, Яра! Я же голодная, аж ноги подкашиваются, - сказала сестра протяжным голосом.

– Ты ела два часа назад. Думаю, ещё часик как-то протянешь, - я вытирала мокрые волосы.

– Позже никак? – с тоской во взгляде и мольбой в голосе.

Такие разговоры могут продолжаться бесконечно. Поэтому я молча принялась одеваться.