Отмороженный

– Мы не можем сидеть сложа руки и ждать, пока начальство решит, в каком направлении продолжать следствие, как жить нам дальше, – назидательно произнес Слава.

– Зачем ждать? – Я открыл сейф. Там как раз такого случая дожидалась нераспечатанная бутылка коньяка.

Слава, ясное дело, оживился. Володя, напротив, затуманился, как красная девица.

– Ты же не пьешь? – спросил его Слава. – Тем более на работе. Так что не жди, не стой в ожидании, пока твой начальник надерется, чтобы составить на него компромат.

Володя посмотрел на меня, индифферентного, и вышел.

Мы молча разлили по стаканам и выпили. Потом замерли в блаженном ожидании, пока тепло растечется по жилам.

– Может, пощупать Горюнова? – спросил Слава. – Должны быть у него какие-то подозрения насчет убийцы. Малый явно перетрухал, хоть и помощник замминистра обороны. Убили парочку его приятелей. Общественность замерла в ожидании – кто следующий? И при всем этом все смотрят на него.

– Более трех минут я его не выношу, – сказал я.

– Стареем! – объяснил Слава и снова налил в стаканы. – Становимся нетерпимы к потенциальным жертвам.

– Да кому он нужен… – отмахнулся я.

– Плохо дело, – покачал головой Грязнов. – Раздражаемся. Озлобляемся. А я бы, кстати, не спешил отметать эту версию. Ой, не спешил бы.

– Что-то непонятное, – вздохнул я. – Стреляет как профессионал высшей пробы, а ведет себя непредсказуемо, как новичок. Если верна эта версия.

– И это означает… – поднял Слава указательный палец. – Что?

Мы переглянулись.

– Что его специально не готовили, – сказал я. – Просто очень хороший стрелок. И только.

– Значит, инструктировать его было некому, – добавил Слава.

– Одинокий волк? – спросил я.

Мы уже не отрываясь смотрели друг на друга.

– Черт его знает! Словом, не киллер в прямом смысле этого слова.

– Потолкуй с Горюновым, – сказал я, после того как мы выпили. – Что-то там не так. Прибежал ко мне искать защиты, представляешь? Хотя его шеф мог бы выделить ему в охрану целый батальон спецназа.

– Есть чем гордиться, – хмыкнул Слава. – Значит, до сих пор производим впечатление, пусть даже обманчивое.

В это время зазвонил телефон.