Не сказка, а жизнь (книга 2)

– О чём это вы там шепчетесь?

– Обсуждаем мероприятия, которые надо обдумать, чтобы начать подготовку к осознанию необходимости внедрения перемен, – без запинки ответил Иваныч.

Де Кусси попытался дешифровать сказанное, и это у него не получилось. Иваныч незаметно подмигнул Аристарху – тот всё понял без слов. Раз уж Маринка оказалась вне игры, придётся ему.

– Ещё по одной? – неискренне улыбнувшись, предложил он.

– Какая-то кровь у вас… забористая, – пробормотал де Кусси, пытаясь сфокусировать взгляд на стакане.

Хозяева в противоположность гостю выглядели совершенно свеженькими, словно и не опустошали один стакан за другим. Ну, разве что кошак изредка клевал носом над блюдцем, но ему простительно – мелкая тварь, много ли ей надо?

– Я ж говорю, сорт "Борька", – пояснил Иваныч. – Аристарх берёт её у запойного алкаша Борьки – у него уже давно не алкоголь в крови плещется, а кровь в алкоголе.

– Эт-то всё из него? – изумился француз. – Как же он один такую компанию снабжает?

– Ну, нет! – рассмеялся глава ольховской вампирской ячейки.

– Надо будет… надо будет сказать нашим химикам, пусть синтезируют такую же, – господин де Кусси икнул.

– Вот вы всё о синтетическом да искусственном, – сказал Иваныч, – а ведь вкус живой крови не идёт ни в какое сравнение даже с той, которую сдают на станцию переливания. Кстати, ещё по одной?

Де Кусси попытался отказаться, но даже не заметил, как в его руке оказался полный стакан "особой Борькиной".

– Так вот, – продолжал Иваныч, словно не замечая, что гость вот-вот свалится под стол. – В нашем городишке полно народу, который шатается по улицам поддатым. Им предложишь сообразить на троих…

– Чего предложишь?

– Выпить. А когда собутыльники уснут в пьяном угаре, можно от каждого отцедить понемногу – всё равно поутру они ничего не вспомнят. Зато напиток, как говорится, прямо из горла́. И вкус – дивный.

– Ерунда! – вскипел де Кусси. – С таким же успехом можно самим смешать спиртное с кровью.

– Э-э, нет. Получится суррогат, к тому же плохо действующий. Человеческий же организм перерабатывает алкоголь так, что мы его усваиваем в полной мере.

– Надо же, – де Кусси подпёр голову рукой. – Полтыщи лет прожил, а ничего подобного не слышал.

– Вы у нас поживите лет десять, многому научитесь, – кисло улыбнулась Маринка, обманутая в своих лучших чувствах к Франции.