Не сказка, а жизнь (книга 2)

Правая и центральная облегчённо вздохнули – левая в кои-то века сумела не втравить их в неприятности.

– Вот и славно, – улыбнулась Варя.

– К тому же, разве этих обормотов перепьёшь? – левая всё-таки не удержалась. – А нам много и не надо, правда, девки?

Центральная и правая уничтожающе посмотрели на левую – теперь до самого отбытия придётся выслушивать Варины нотации о вреде хмельного.

Эхом этого разговора были наставления царя богатырям.

– Значит, так, несвятая троица, – для придачи своим словам значимости Горох надвинул корону на самые брови, и хотя выглядел при этом весьма комично, Ваня, Конан и Людвиг вытянулись в струнку.

– Насчёт девок ты, твоё величество, загнул! – возмутился Конан. – Это Ване нельзя, а мы за что страдать должны?

– Хорошо, – подумав, согласился царь, – вам можно. А ты, Ванька, Василису ищи, а не по сторонам гляди.

– А коли местные нас сами задерут? – вкрадчиво спросил Людвиг. – Неужто мы им не дадим испробовать силушки богатырской?

– Ну тогда, конечно, – с сомнением глядя на худосочного носителя богатырской силы, сказал Горох.

– А вот с хмельным, батя, ты прав, – вклинился в разговор Иван-дурак. – Видишь, мы с собой только бурдючок винца взяли. А больше – ни-ни.

– Одобряю, – Горох, тем не менее, не поленился влезть на печь и лично проверить наличие отсутствия алкоголя. К его огромному удивлению, Ваня сказал правду – кроме одного-единственного полуведёрного бурдючка хмельного на печи не оказалось.

Грыст, сопя, как бегемот-астматик, подошёл к друзьям и по очереди обнял каждого из них.

– Жаль, что не могу с вами отправиться, – сказал он со слезами на глазах.

– Кому-то всё равно надо было к кентаврам ехать, – сказал Ваня. – А дипломатическим тарабарским из нас только ты владеешь.

– Ну да, – уныло сказал Грыст. – Хотя кентавры и не на тарабарском могут.

– Зато ты теперь настоящий посол, – сказал Людвиг. – И даже с бумагой.

– Кстати, – тролль оглянулся, – где этот недоумок с грамотой? Мидий, чтоб тебя!

– Я тута, зелёный властелин, – из-за амбара выскочил кентавр, на скаку пряча в перекидную суму круг копчёной колбасы.

Конан ехидно хихикнул. Физиономия тролля стала насыщенного травяного цвета – видимо, это было аналогом покраснения у человека.

– Какой я тебе властелин! Не зови меня так.

– Твоё слово для меня – закон, великий сахиб, – Мидий церемонно сложил руки на груди.