Не сказка, а жизнь (книга 2)

– Ну, поехали? – опять спросил Конан, опасливо поглядывая на рыцаря – тот, однако, гордо промолчал. – Ваня, вперёд! Мидий, не отставай!

– Слушаюсь и повинуюсь, сахиб, – и кентавр, проигнорировав ругательство киммерийца, затрусил перед печкой.

Полчаса спустя причина рыцарского молчаливого демонстративного протеста стала ясна, когда Людвиг чуть не свалился с печи. Грыст одной рукой поймал падающего товарища, а другой потряс пустой кожаный бурдюк.

– Он всё-таки оторвался от коллектива, – хмыкнул тролль. – Вот же прохвост рыжий!

– Сам ты рыжий! – оскорбился Людвиг и, обняв печную трубу, гнусаво затянул: – Толька-а мы с конё-ём по полю идем…

– Людвиг! Ты это… того… перестань, – Ваня заткнул себе пальцем ближайшее к рыцарю ухо.

– Вот ведь ноет, как зуб болящий, – поморщился киммериец, оглядывая печь в поисках чем бы запустить в певца.

– Сяду я верхом на коня-я… – продолжал тризвенные песнопения Людвиг.

– Эх, как выводит, как выводит, – кентавр умильно улыбался, слушая подвывания рыцаря.

– А ты, конезадый, умолкни! – варвар пристально посмотрел на кентавра, и его лицо расплылось в широкой улыбке. – Людвиг, прекращай страдать, я нашёл замену твоему боевому коню.

– Где? – рыжеволосый рыцарь подпрыгнул на печи и принялся осматривать окрестности. – Не вижу.

– Да вот, перед тобой. Мидием зовут.

– В бой на кентавре? Да меня засмеют на первом же турнире.

– Напрасно отказываешься, рыжик. Я прямо с ходу могу назвать тебе несколько преимуществ кентавра перед конём.

Услышав про "понимание песен", Людвиг уже более внимательно поглядел на присмиревшего вдруг кентавра.

– Полная поддержка голосовых команд – это три, – тоном заправского менеджера из салона связи продолжал киммериец. – Кроме основной функции он также может выполнять роль оруженосца – помогать тебе облачаться в доспехи перед боем. Это четыре.

– Что ты там про дополнительную защиту сказал? – переспросил Людвиг.

Ваня, Грыст и Мидий тоже с интересом ждали, когда Конан растолкует последнюю фразу. Особенно Мидий.

– Ну как же! Вот посуди сам: едешь ты на коне, а в тебя летит вражеское копьё. Конь голову пригнул и всё. Он жив, а ты нет. С кентавром же всё наоборот: он защитит тебя от вражеского оружия собственной грудью.