Опоздать на казнь

Кстати, финны, которые стояли рядом с Гордеевым на палубе в ожидании подачи трапа, довольно гыкали, разглядывая портовых барышень. Они предвкушали пару-тройку дней полного оттяга, которые предстояли им здесь.

Конечно, Лена резко отличалась от них. Стройная, даже можно сказать хрупкая, блондинка с короткой, почти мальчишеской прической и с очень умным, очень цепким, очень женским взглядом из-под тяжелых очков. Гордеев невольно залюбовался Леной. И тут же обратил внимание, что и пьяные финны направляют свои взгляды и тянут шеи именно в сторону Лены.

Юрий почувствовал, как у него чешутся руки, чтобы свернуть эти шеи, развернуть их на сто восемьдесят градусов.

«Спокойно, Гордеев, что за мальчишество, что за собственнические инстинкты, и вообще, Лена все же тебя встречает, а не финнов снимает». Прохладный утренний ветер на верхней палубе несколько развеял тяжкую головную боль адвоката. И спустился он по трапу вполне посвежевший, отягощала его состояние только девушка Гайка, вцепившаяся в него мертвой хваткой.

– Ну здравствуй, Лена!

– С прибытием, господин адвокат! Порезвился в заморских странах? – насмешливо глядя на его «спутницу», поинтересовалась Лена.

– Почему это в заморских? Я был в очень даже приморских…

– Погулял с заграничным шиком, расслабился, человеком себя почувствовал, да? Вот девочек каких шикарных снимаешь! – Лена хоть и подначивала Гордеева, но глаза ее глядели ласково, видно было, что рада она его видеть.

Гайка попыталась огрызнуться, ответить что-то Лене обидное, но Юрий крепко сжал ее локоток, и та сдержалась.

Лена достала из сумки две зеленые бумажки – протянула их Гордееву:

– На товарищ! И ни в чем себе не отказывай, ежели еще что не успел.

– Премного благодарствую. – Юрия ситуация стала тяготить, все же Лена ему не жена. Выручила – спасибо, отдаст с лихвой, а дразнить его – это лишнее.

Гайка потянулась к деньгам, но Лена отвела ее руку и отдала деньги именно Гордееву, которому пришлось взять доллары у одной девушки и передать другой.

Гайка после получения денег (сдачу она отдала тут же) исчезла моментально, как сон, как утренний туман. Портовые девицы и примкнувшие к ним финны тоже быстро растворились, умчались на встречу с утренним городом.

Лена и Гордеев остались одни.

– Ну рассказывай! – сказал адвокат.

– А где «спасибо»? Где «спасибо» за выручение из тяжкого плена? – Лена продолжала улыбаться.

– Так я из одного рабства и сразу в другое, мне ж теперь тебе отрабатывать придется.