Опоздать на казнь

Причем срочно! Ты уже первого попавшегося уголовника готова усыновить! Куда это годится? Вот и не верь байкам, которые так любят рассказывать в каждой бухгалтерии, про природу женщины, про ее предназначение и про то, что приходит время, и организм, вне зависимости от твоего желания, стремится к размножению. Неужели я такая?» – Лена с отвращением вспомнила бухгалтерш, гонявших чаи в душном кабинете, заставленном некрасивыми цветами в детских ведерках и пакетиках из-под молока.

Впрочем, притормозить юную бегунью все же пришлось.

Лизу попросили не зарываться и уточнить, на какие доходы она приобрела телефон. Телефон оказался подарком любимого тренера, следовательно, никаких своих денег она в него не вложила. Парня избавили от лишнего года заключения, пострадавшей не дали вволю покрасоваться перед подружками, пришедшими на слушание дела. Дела рецидивиста-героинщика Деревянко.

– Да это просто девушка с веслом! – усмехнулся Меркулов, – Вот бы ее на службу взять. Сразу бы всех мелких жуликов распугала, одним своим бравым видом.

– Она бы и нас распугала, – покачала головой Лена. – Бегает девушка, конечно, хорошо, дерется тоже – у подсудимого все лицо было в кровоподтеках, но вот соображения у нее нет никакого. Мозг слабый, вялый, неактивный.

– Ладно, ладно. Не всем же быть такими умницами и красавицами, как ты, – неуклюже, что свойственно всем однолюбам, произнес Меркулов.

Лена снова в притворном смущении опустила глаза.

– Вы меня захвалите, Константин Дмитриевич.

– Сотрудников надо иногда хвалить! А время от времени – поощрять.

Ну что, где планируешь отдохнуть?

– Хотелось бы в Прагу. Посмотреть на знаменитый город, попить пива, по старинным улочкам погулять. Город красивый, знакомая ездила, рассказывала, захлебываясь, будто бы это музей под открытым небом.

– А что ты скажешь о таком городе-музее, как Санкт-Петербург?

– А что о нем сказать? – без энтузиазма пожала плечами Лена. – Когда музейный сторож становится директором музея и по привычке таскает с черного хода экспонаты, пригодные для растопки печки, – это уже не музей, а склад артефактов.

Да и была я там сто раз…

– Не хочешь на этот склад прогуляться? – хитро прищурился Меркулов.

– Да нет, не особенно, если честно. Я же еще не сошла с ума. Вот моя школьная подруга уехала туда жить, пишет восторженные письма, рассказывает, как у нее то воду отключают, то газовая колонка ломается, то соседний дом упал, то сухогруз затонул. Романтика! Не по мне такая романтика.