Рыцарь лома и топора

А в дни великих празднеств каплями нектара орошаются головы моего благословенного народа. Я могу тебе показать, как варится нектар Мудрака. Желаешь знать?

– Нет, спасибо, – помотал головой Коля. Он был готов на все, чтобы убраться подальше от котла. – Я желаю провести тренировку. Немедленно! – нашел он оптимальный вариант, чтобы исчезнуть с площади.

– О, да! Ваше величество, – воскликнула королева, – нам пора во дворец! Пусть же народ празднует. Не будем мешать. Великий рыцарь должен показать нам интересные упражнения и новые методики по‑настоящему продвинутых тренировок.

– Ты права, дорогая. Дадим возможность народу ликовать без нашего королевского присмотра, – согласился король и подал руку королеве, но она мягко отвергла его помощь. Не обращая внимания на своего короля, она ловко просунула руку под локоть Коли и увлекла его за собой к карете, поджидавшей венценосную чету неподалеку от крыльца. Мелкие брызги нектара Мудрака попали Коле на лицо.

– Гадость какая, – пробурчал он, утираясь.

Глава 7

ПРОБУЖДЕНИЕ

Наверное, это хорошо – попасть прямо с корабля на бал.

Но каково попасть с бала на корабль, уносящий тебя невесть куда, причем без твоего ведома?

– Просыпайся, красавица. Просыпайся, – откуда‑то издалека через тьму доносился до Светланы вкрадчивый, назойливый голос.

“Принцесса” еще не открыла глаза, а ее сознание уже начало работать, восстанавливая в памяти события тех последних секунд, когда она не по своей воле вышла на сцену, затем ее накрыло что‑то черное, после чего все провалилось в темноту.

– Светка! Держись, я иду! – вырвался будто изнутри Светланы громкий возглас. Она невольно дернулась, но руки и ноги не слушались.

– Пора вставать, красавица, – снова зазвучал вкрадчивый голос, и Светлана, подчиняясь ему, открыла глаза.

Поначалу она ничего не могла различить, кроме смутной серой пелены, но вскоре взгляд ее сфокусировался на расплывчатом, размытом пятне, медленно обретающем четкие очертания лица незнакомки. Лицо это Светлане не понравилось. Нет, оно не было страшным или уродливым.

Наоборот, лицо имело правильные черты. Но чрезмерная правильность придавала этому лицу черты маски, под которой скрывалось нечто потаенное, глубинное, прорывавшееся наружу через жуткие черные глаза, будто таившие в себе пропасть веков.

Прошло еще несколько секунд. Пелена медленно таяла, и Светлана смогла разглядеть незнакомку в полный рост. Облачена она была в длинное пурпурное платье, на шее поблескивали бусы из мерцающих гранями черных камней.