Рыцарь лома и топора

Левую руку незнакомца, начиная от плеча, скрывал большой круглый щит, в правой ладони он держал короткий острый клинок. Голову его покрывал медный шлем с конским плюмажем. Голени защищали поножи из толстой воловьей кожи. Незнакомец подошел к сатиру вплотную и приставил острие клинка к его горлу.

– Убить тебя мало за кощунство! – прорычал он гневно. – Жаль, что время твое не пришло. Аид так сказал. Я забрал руно по его приказу. Он послал меня на помощь рыцарю. Где битва?

– Там, – едва смог пролепетать сатир и показал рукой на ворота.

– Я Леонид, царь спартанцев. Меня и триста моих воинов, доблестно погибших при защите Фермопил, послал на помощь великому рыцарю сам повелитель мертвых, великий Аид. Он сказал, что рыцарь сдерживает врага так же, как мы некогда держали персов на узком участке фронта. Мои воины готовы умереть во второй раз.

С этими словами царь спартанцев Леонид взмахнул клинком, и темнота начала быстро выталкивать одного за другим крупных мускулистых ребят с клинками наперевес.

– Триста, – прошептал сатир, когда вышедшие из тьмы воины молча построились в колонну.

– Держи! – Леонид протянул сатиру меч.

– Зачем?! – испуганно отстранился тот.

– Ты кровью должен искупить свою вину!

– Свою вину? Кровью?! – Сатир в ужасе закатил глаза. – Но я не воин!

– Сейчас ты им станешь! – захохотал Леонид.

Двое его воинов подхватили сатира под руки и затащили в первую шеренгу.

– Не надо! – отчаянно барахтался сатир.

– Вперед! – скомандовал царь спартанцев, и вся колонна тяжелым шагом двинулась к воротам.

Коля начал уставать. Трое суток непрерывного сражения давали о себе знать.

– Пожарный‑спасатель должен быть выносливым к длительным физическим нагрузкам, – повторял Коля, медленно отступая под натиском врагов. Еще несколько шагов назад – и он окажется перед воротами, где у врага будет возможность нападать большим количеством воинов зараз. Еще несколько шагов.

За спиной послышался шум. Затылком Коля почувствовал движение.

Он яростно зарычал, ломом отпугнул нападавших спереди. А они и без того почему‑то подались назад. Коля оглянулся: с тыла на него надвигалась невесть откуда взявшаяся масса воинов, тесно сомкнувших ряды и ощетинившихся острыми клинками.

– Окружили! – взревел Коля зверем и взмахнул ломом.

– Не надо! Это спартанцы! Свои! – послышался истошный вопль, и Коля увидел сатира, отчаянно пытающегося втереться всем телом в глубину строя незнакомых бойцов.