Рыцарь лома и топора

Вокруг ничего не осталось, кроме серого густеющего тумана. Сам сатир тоже начал как бы растворяться в нем. Он перестал ощущать руки, копыта и тело. Вокруг стемнело. Оставалось только чувство стремительного полета. Но вскоре и полет прекратился, началось медленное погружение в темноту. Потом что‑то подхватило его под руки и поволокло куда‑то сквозь редкие вспышки холодного света. Сатир вновь ощутил в себе нарастающий страх. Попробовал вырваться, но безрезультатно.

– Не дергайся, скотина, – послышался хриплый, утробный голос, и сатир почувствовал, как у него от ужаса зашевелились волосы во всех местах.

– Я не хочу! – завыл он.

– Замолчи, – приказал все тот же голос. – Иначе рот зашьем.

– Отпустите меня! – продолжал выть сатир. – Я больше не буду!

Он еще хотел добавить, что попал сюда по ошибке, но изо рта вырвался лишь слабый хрип. Движение вперед меж тем прекратилось. Сатир увидел перед собой призрачный свет, а в нем огромный шевелящийся сгусток темноты.

– Кто такой?! – послышался громоподобный возглас. – Как сюда попал?!

– Тварь лесная, – прозвучало в ответ. – Пересчитал головой ступени с нашей помощью. Мы не могли стерпеть того, что он вытворял, и столкнули его с лестницы! Совсем уже обнаглел, скотина!

– Что он сотворил?! – вновь прогремел голос.

– Ты не поверишь, господин! Он обгадил Золотое руно!

– Как?! – В громоподобном возгласе звучало неподдельное удивление.

– Он обернул драгоценной шкурой, ради которой сражались и умирали герои, свою грязную задницу, после чего неоднократно испускал на нее свое зловоние.

– Какое кощунство! – Темнота заколебалась и хлынула навстречу сатиру. – Как ты посмел?! Ничтожество! Что ты можешь сказать в свое оправдание?! Но как к тебе попал столь драгоценный предмет?! Ты его украл? Говори!

Сатир почувствовал, что его отпустило. К нему вновь вернулся дар речи, и он понял, что, кроме него самого, здесь ему никто не поможет.

– О великий повелитель теней, – произнес сатир дрожащим голосом. – Я бесконечно виноват. Но я не виноват. Да, я не виноват! Я не крал. Золотое руно мне отдал тот, кто по закону обладает им. Это великий рыцарь лома и топора, трижды выигравший состязания в Олимпии и по праву забравший столь драгоценное сокровище из рук недостойных. Я не крал руно.