Рыцарь лома и топора

– Как ты мог подумать, что я променяю своего самого лучшего в мире тренера на кого‑нибудь другого!

– Да я и не думал вовсе, – пожал плечами Коля, подошел к “принцессе” и положил тяжелые ладони ей на плечи.

– Ты лом‑то свой вытащи из чехла, – прошептала она.

– Нет проблем, – улыбнулся Коля.

А за окнами обители зла воцарилась черная ночь. В ней горели сотни костров, зажженных темными воинами. Они не отступали.

Поздней темной ночью Петрысь снова сдурел. Трудно сказать, что послужило причиной столь резкого изменения в его мозговой деятельности.

– В любимом городе, родимом городе, с гидростанцией на воде! – заметалось раскатистым эхом меж башен замка.

Колю этот вопль вырвал из глубин крепкого сна.

– Что? Кто? Нападение? – Коля вскочил с постели и ринулся к окну.

– Наш город – это самый лучший город! А‑а‑а‑а‑а‑а! Да‑а‑а‑а‑а!

– Что такое? – испуганно спросила Светлана, протирая спросонья глаза.

– Сдурел, кажется, опять. – Коля досадливо плюнул из окна. – Да еще напился как свинья.

– Эй, Геллахерна! Где ты! – разносилось со стены замка. – Гы‑ы‑ы‑ы‑ы! Где ты там это! Иди сюда! Здесь есть много поесть и пожрать! Дура!

– Замолчи! – послышался испуганный голос сатира.

– Я Ленина видел!

– Заткнись!

– И Сталина! Под знаменем марксизма‑ленинизма вперед к победе над геллахернизмом! Да я сейчас тебе! Вот только ворота открою и через провал перепрыгну!

– Не надо! Ты куда?! – завопил сатир.

Взвизгнула нимфа.

– Черт! Надо успокаивать, пока он там не натворил чего. Похоже, собирается ворота открывать. Ты спи. Я сейчас вернусь.

Коля оделся и быстро сбежал вниз к воротам. Вовремя. Петрысь отбивался от сатира и нимфы и пытался в одиночку отодвинуть тяжелый засов. Коля сграбастал дебошира. Петрысь извернулся, лязгнул зубами, едва не укусив Колю за руку.

– Пустите! Убью эту тварь! Она мне всю жизнь, это того, поломала. Я из‑за нее видел кого только нет! И в городе этом жил.

– Тихо, тихо! – Коля попытался закрыть Петрысю рот, но едва не лишился пальца. А дебошир неожиданно успокоился и мерзко захихикал.

– С гидростанцией на воде, – бормотал он. – А я что‑то знаю! Знаю и не скажу. Вот.

– Понял, понял, – закивал Коля.

– Знаю, – глаз Петрыся нехорошо сверкнул. – Ля‑ля‑ля.