Рыцарь лома и топора

Прошу! Вон они, свиньи! Разбегаются кто куда!

– Нет уж! Нет уж! – замахала руками нимфа. – Там сильно воняет.

– Что я, свиней не видела? – пожала плечами Светлана.

– А я хочу взглянуть! – злорадно захихикал сатир, забрался на стену и стал смотреть вниз на десяток свиней, метавшихся перед воротами. Остальные животные успели сбежать вместе с войском лорда Бэрлока.

Сатир дробно затопал копытами и расхохотался.

– Они убегают. Пошли к вездеходу! – Коля решительно шагнул на ступени лестницы, намереваясь сбежать вниз и открыть ворота.

– Подожди! – остановил его Петрысь. – Рано еще. Хочешь в свинью превратиться? Пусть зелье просохнет. Да и надо убедиться, что войска ушли. Они могут спрятаться в лесу, и мы нарвемся на засаду.

– Я их ломом раскидаю! – самоуверенно заявил Коля.

– Не спеши. Не надо рисковать!

– Я тоже боюсь, – произнес сатир. – Надо подождать.

– Пео! – Петрысь подозвал мирцаира. – Проследи за войском.

– Нет проблем! – отозвался тот и пулей метнулся вслед отступающим войскам лорда Бэрлока.

Геллахерна, шатаясь и цепляясь за стволы деревьев, брела наугад через лес. Она чувствовала в себе чужой яд. Левый глаз заплыл. При падении она сломала свой волшебный ноготь и потеряла колдовскую мощь. Мокрый костюм супермена не согревал. Холодно. Сыро. Гадко.

Колдунья скрипела зубами от бессильной ярости.

– Что за дрянь меня укусила? Вот тварь! Какая же я беспечная! Получить удар от маленькой ничтожной твари! Вот уж точно не знаешь, где сила.

Колдунья при падении в воду потеряла метлу. Всегда передвигаясь с комфортом по воздуху, она отвыкла ходить пешком на большие расстояния. Геллахерна устала. Но после того как она сжевала несколько мухоморов и горсть волчьих ягод, сил немного прибавилось.

– Ничего, ничего, – злобно бормотала она. – Отлежусь, сил наберусь, ноготь отрастет, и я покажу еще, на что способна.

Так она брела по лесу, ругаясь, запинаясь о корни, срывая ногтями седой лишайник со стволов деревьев, пока не услышала впереди нарастающий шум.

– Что там такое?

Колдунья спряталась на всякий случай за толстый ствол дерева и настороженно прислушалась. Из глубины леса слышался уже явно треск ветвей, будто стадо ломилось.