Кукловод и концепция Истинных

Только без конкурса на самый большой кабачок. Моя патронесса расщедрилась и решила заказать для меня несколько новых платьев. С выбором ткани я определилась быстро, но в плане фасона решила полностью положиться на вкус мадам Попю, так как была полным профаном в местной моде.

- Отличный выбор! – похвалила модистка. – Теперь становитесь на табурет, снимем мерки. Девочки! – позвала она помощниц.

В комнату впорхнули две молоденькие девицы в серых практичных платьях, с пышно начесанными каштановыми волосами.

- Снимите мерки с госпожи Марии. – распорядилась мадам Попю. – Пожалуй, плащик нам мешает…

Все смешалось в единый звук… Произнесенное Сташей резкое «Нет!», крики ужаса и грохот от падения одной из помощниц.

- А я вас узнала! – обрадованно воскликнула Анабэль. Можно было только умиляться ее детской непосредственности. – Я видела вас в кабинете герцога. Да-да! Это точно были вы! Я потом еще спрашивала Вермона про вас, и он сказал, что вы совершенно безобидны… Ой! – осеклась она на полуслове, невольно спалив кантору.

Сташа посмотрела с укором, мадам Попю, реанимировавшая вместе с одной помощницей вторую, похоже пропустила суть разговора. Но кто бы в этом поручился.

Оставшийся час с нас снимали мерки, принимали заказы, и все участники инцидента старательно делали вид, что ничего особенного не произошло.

Прощаясь со старой подругой, Сташа спохватилась, что забыла свой ридикюль в гостях.

- Как быть! - Воскликнула она, когда мы садились в коляску.

- Я могу поехать вместе с Анабэль, а потом вернусь пешком. – вызвалась с помощью, как заядлый тимуровец.

- Ты меня очень выручишь! Конечно, поезжай.

- А я покажу вам сад и свой пруд. Там даже есть небольшой пляж и можно искупаться. Бен сделал его специально для меня. – размечталась Анабэль, но поймав строгий взгляд Сташи, поправилась.

И снова Бен… Пока мы ехали до особняка четы Бодур, Анабэль успела рассказать мне всю свою историю любви.

Как Бенедикт полюбил ее с первого взгляда, как добивался ее руки, просил разрешения у отца, благословение в храме. И даже прошел тяжелый обряд отречения от зова истинной пары.

- Чего? – переспросила я, словно тугая пэтэушница.

- Отречение от пары. Мой отец настоял. Это очень болезненно для двуликих.