Кукловод и концепция Истинных

Однако, баронет и не думал смущаться и теряться под строгим взглядом властителя сих земель.

- Люций сам виноват! – возразил он герцогу Кабо. – Хвастался в трактире новыми наручнями из вороненой стали, работы подгорных карликов. Дорогущими! – Вольфган даже присвистнул. – Говорит мне: «Спорим, Вольт, ты не сможешь их прокусить!». А я что? Ам - и выиграл!

При этих словах Вольфган частично трансформировал лицо в волчью пасть, щелкнув большими белыми клыками почти рядом с моим плечом. Ели б конигорийское хорошенько не расслабило бы мою нервную систему, я бы точно отложила кирпичи.

- Все равно, я настоятельно советую вам ночью находиться дома, а на людях появляться исключительно в обществе Потапчуков. Вы всего лишь человек, но умудряетесь создавать столько проблем… - герцог на минуту замолчал, погладил Гамлета по загривку. – Кстати, почему с вами мой пес?

- Котопес. – поправила я герцога. – Я встретила его сегодня в лесу и шла в город расклеивать объявления, когда Вольфган пригласил нас смотреть салют.

- Да! – вмешался вервольф. – Так все и было. А объявления я бы расклеил завтра.

- Маша хороший! – гавкнул Гамлет. А Мурка, подошла ко мне и начала тереться башкой о ладонь.

- Хороший, хороший… - приговаривала я, гладя бедное животное. – Значит это вы ставите жестокие эксперименты над животными? Гринписа на вас нет! Должны же и в магии быть какие-то этические нормы! Они же страдают!

- Животное просто сбежало до завершения эксперимента. – герцог чеканил каждое слово еле сдерживая ярость.

И разозленный герцог направился прочь с обрыва.

- Пока, Маша! – гавкнул пумодог.

- Пока, Гамлет! Пока, Мурка!

Герцог стал, как вкопанный, и медленно обернулся.

- Вы назвали скальную пуму Муркой? – процедил он медленно и раздельно каждое слово. – Зверя-людоеда – Муркой?

- И это говорит человек, скрестивший собственного пса со зверем-людоедом! – я скептически фыркнула. Я хотела еще добавить, что Мурка тарахтит, как трактор, когда чешешь ее за ушком, и любит сливки… Но слишком быстро лицо герцога оказалось слишком близко ко мне, плотно сжатые тонкие губы стали совсем бескровными, в глазах то вспыхивали, то гасли искры сверхновых.

- Я не человек, Медведева! – на сей раз его голос был низким и хриплым, но текучим, как патока. – Я очень советую вам следить за словами.

По моей спине пробежали мурашки. Можно было бы смело биться об заклад, что волоски на теле встали дыбом.