Кукловод и концепция Истинных

Личное распоряжение герцога. Так вы оплачивать будите или как?

Тот факт, что мужчина меня высоко ценит, впервые вызвал смешанные чувства.

Я отсчитала монеты и расписалась в журнале: «Красная Шапочка» и поставила размашистую «Z».

Мадлен привели сразу.

- Я внесла залог. Идем.

Дважды предлагать не пришлось, и через пару минут мы уже были в переулке, где нас дожидался Вольфган.

- Надо внести залог за Берту и Лиру. – Мадлен никуда уходить не собиралась.

- Вот внесешь ты за них залог, и что дальше? – я посмотрела скептически на новоявленного борца за свободу.

- Их отпустят! Не дело же им ночевать в тюрьме.

- Хорошо. – я сложила руки на груди. – И куда они пойдут? В подворотню? В портовые склады? А завтра их опять арестуют за бродяжничество. Сейчас у них хотя бы на несколько дней есть крыша над головой. И трехразовое питание.

Мадлен смотрела на меня с мольбой, словно я была в состоянии решить всю вселенскую несправедливость.

- Нет-нет! Я их к себе взять не могу! Я сама на попечении у Потапчуков.

- Я тоже не могу! – вмешался в разговор баронет. – Мне жена не разрешит.

Операция «отдам бродяг в хорошие руки» зашла в тупик.

- Ладно. – махнула рукой Мадлен. – Завтра сама что-нибудь придумаю.

Когда мы, проводив сперва Мадлен, дошли до дома Вольфгана, солнце уже клонилось к закату. В ярко освещенном холле нас встретил дворецкий. По сравнению с тем, что было утром, дом ожил. Из гостиной доносилась музыка и женский смех.

- Пойдем, я тебя представлю.

- баронет потянул меня в гостиную. – Все равно, мне нужно поприветствовать гостей супруги.

Когда мы вошли в гостиную, музыка стихла и все уставились на нас. Компания, надо заметить, была преинтереснейшая. Во-первых, уже известная мне Мальвина-Анабэль – любовница герцога, у фортепиано сидела рыжая девица с острыми хищными чертами лица и полувываливающимся из декольте бюстом четвертого размера. У кресла «Мальвины» стоял рыжий хлыщ с такими же хищными чертами лица.

Сразу было понятно – скользкий тип! А у распахнутого окна находился коренастый мужчина с необычной прической – пышную черную шевелюру посередине разделяла широкая полоса белоснежных волос. Мужчина постоянно нюхал какой-то фиолетовый цветок и возводил глаза к потолку, будучи в полном восторге.

Вольфган подошел к худощавой кучерявой брюнетке в изумрудно-зеленом платье, развалившейся полулежа на софе со скучающим видом и слегка чмокнул ее в щеку.