Тайные миры Лешки Гринева

Плавному переходу линий от бюста к бедрам и ниже, могла позавидовать любая красавица техникума. Стрижка каре, чуть вздернутый носик и едва приметный животик, в сочетании с ровными ножками, могли вдохновить не одного художника на написание образа незнакомки. «Пастер» всего лишь был гитарист, но и он по достоинству оценил женскую красоту. Ночная фея услышала постороннее движение и двинулась от окна в сторону двери. Так не спеша, грациозно. Если бы мастер кисти запечатлел ее в этот миг, то картина называлась бы «Девушка в лунном свете».

-Ты кто? – шумно сглотнув слюну, спросил парень.

-Тихо! Не надо шуметь, - попросила она, приложив указательный палец к своим губам. Нервы у парня не выдержали. Александр соскочил со своей кровати желая разобраться с ночной визитершей. Привидение метнулось в сторону койки Гринева и бесследно исчезло. Если бы девица вышла в дверь, это не вызвало у Сани такого шока, как это исчезновение.

-Что случилось? – попытался узнать причину переполоха Вовка Кифоренко. «Пожарник», поняв от кого, исходит этот сыр- бор, выдал в адрес Зленко тираду слов из народного фольклора, вспоминая при этом его близких родственников, а в частности мать. «Пастер» в трусах и майке, как ужаленный метался по комнате, от окна к кровати Гринева.

-Я видел ее! Она снова была здесь!

-Какого черта, «Пастер»? Ты о ком? – не понимал Кифоренко, о ком лепечет товарищ.

-Привидение. Она стояла у окна, а потом увидела меня и пошла вон туда, - показал он направление движения девушки.

-И что? – на повышенных тонах вел допрос Володя.

-Исчезла!

-Как? – не отставал от Зленко Владимир.

-А я почем знаю? – пожал плечами Александр. Кифоренко прошел к двери. Закрыта.

-Иди ты в пень «Пастер»! Что ты читал на ночь? Может тебе это приснилось?

-Правильно! – поддержал эту гипотезу «Пожарник».

-Еще раз заорешь ночью, выставим койку в коридор, - пригрозил Паращук.

-Только тебе и «Начальнику», вечно что-то мерещится. Заколебали уже.

Гринев, ныряя под одеяло, не удержался, чтобы не съязвить.