Драконовские сказки. Том 1

Услышав последние кошкины слова, Охотник скривился, но лежать просто так было скучно, вставать еще не разрешал знахарь, да и утереть нос Фелеце очень хотелось, поэтому неожиданно для себя он согласился:

— Ну и займусь! Прямо с завтрашнего дня.

Следующие полторы недели были самыми веселыми в жизни Фелецы. Очень уж забавно смотрелся облезлый, больной и покрытый шрамами оборотень, старательно вспоминающий детские стишки и потешки. Кит его не очень-то слушал, предпочитая исследовать подкроватье и пытаться вскрыть шкаф с запасами лекарств.

Однако через десять дней ребенок залопотал что-то по-прежнему невнятное, но содержащее массу новых звуков. Фелеца преувеличенно восторгалась успехами Охотника, тот сдержанно принимал похвалу, но про себя торжествовал.

— Вот начну вставать — мы с ним найдем чем заняться. Научу его охотиться, — заявил он на следующий день.

— Да? — удивилась Фелеца. — А я думала, ты первым делом сам начнешь на него охотиться, как сможешь вставать.

Охотник задохнулся от возмущения, что Фелеца допускала мысль, что он может вот так просто взять и угробить результат своего труда.

Потом подумал еще немного и понял, что его, кажется, в чем-то обманули, но было совершенно непонятно — в чем и когда.

150. О доброте

— Не хочется, конечно, тебя расстраивать, но нет никакого смысла его чему-либо учить, — вздохнула Фелеца, пока Охотник пытался напеть Киту какую-то особенную охотничью песню.

— Это почему же? — хмуро глянул на нее Охотник. — Ты ревнуешь, что ли? Ну да, я могу то, чего не можешь ты, это же еще не повод запрещать.

..

— Не повод, конечно, — охотно согласилась Фелеца. — Я бы и не стала запрещать, с чего бы. Да вот только боюсь, что ты расстроишься, когда он умрет. И все твои старания, получается, будут впустую.

— А почему это он должен умереть? Слушай, кошка, не мути воду. Говори как есть, а то тебя не поймешь.

— Да я и говорю как есть. Примерно год ему остался.

— Если ты все еще боишься, что я его соберусь убивать, то.

..

— Я, конечно, боюсь, но не этого. Его, видишь ли, прокляли, потому он и не жилец.

— Это кому же он уже умудрился так досадить? — изумился Охотник. — Он же мелкий совсем!

— Ну, тебе, например, — фыркнула Фелеца. — Будь моя воля, я бы тебя за это просто убила и все. Но мне говорили, что если ты сам захочешь снять проклятие и снимешь его, будет гораздо лучше. Ну, я и решила дать тебе шанс.

— Вот оно что, — протянул Охотник и задумался.