Круги на воде

В этом и заключается суть: темные не могут творить, но могут копировать, воровать авторские права, после этого они быстро пришли к идее физического избиения ставленников божиих. Молчи, я знаю что ты хотел спросить. Да, у каждого из них есть дублер на эту роль, формируемый полем народа, но пока пройдет время и он придет к началу своей миссии, пройдет время и множество людей пойдут не тем путем, отпадая от возможности спасения. Для этого нижние и рискнули раскачивать весы судеб, не своими руками, конечно же, не на прямую, а через людей устраняя исполнителей божьей воли.

— Но сказано, что ни один волос не упадет…

— А ты видел эти руки, Стас? Те самые незримые руки, которыми Господь свершает свой промысел? Ставленники, бывшие во все времена от сотворения мира и есть основа храма, который получил возможность проявится как орден ассасинов лишь благодаря вашей шутовской игре в джедаев…

— А кстати о джедаях…

— Ну как же — отозвался Гавриил, с иронией наблюдающий за Ильиным — врываются в самый ответственный момент, со зверским выражением лица — «всех убью один останусь».

— Но вы же обещали все исправить…

— Я сказал то, что должен был сказать. Ни больше, ни меньше. Мухаммед исполнил все как следует, но он человек востока и часто под внешней непосредственностью и простотой может скрываться глубина. Все что не вошло в Коран, он сделал преданиями.

Стас даже потерял речь, обдумывая сказанное и услышанное.

— И что теперь? Незримая война по всей мировой линии, охрана особо важных узловых моментов истории и святых?

Михаил лишь усмехнулся.

— А кто тебе сказал Стас, что она не идет изначально? Ты увидел лишь малый краешек всей картины, но благодаря вам, вашей непредсказуемой взбалмошности, веса резко изменились в нашу сторону. Религиозные войны практически исчезли как данность, во многом сократив жертвы миллионов и приблизив эру духовного человечества.

— Конечно, не верится — ответил за Ильина Гавриил — ты привык, что история линейна, а не голограммна. Привык, что одно свершенное явление является свершенным раз и навсегда. И это так, если смотреть на время с вашей точки зрения. Но если смотреть с точки зрения вечности — то все может быть иначе. И лишь один Господь знает, сколько может быть кругов от одного удачно брошенного камня.