Кровные братья

– Он принадлежал ему или государству?

– Альт был его, купленный. Но по советским законам считался государственным достоянием, поскольку это был очень старый немецкий альт, девятнадцатого века. То есть вывезти семья его не могла.

– Очень интересно.

– Так вот, эта дама, по имени Лариса, когда ехала в гости к мужу в Мюнхен…

– А он уже был там? – переспросил Турецкий.

– Да, он подписал контракт и сразу же приступил к работе.

– Погоди, а на чем же он играл, если его альт был в Союзе?

– Боже ты мой, Шурик.

Сразу видно, что ты не музыкант. Ну кто-то из коллег по оркестру дал ему на время инструмент. Это же дело житейское. У каждого уважающего себя оркестранта есть запасной инструмент.

– Так зачем же ему было вывозить альт?

– Как? Ну, во-первых, ему инструмент дали попользоваться, а вовсе не подарили. Во-вторых, это был его родной, любимый, привычный альт.

– Это имеет такое значение?

– Ну конечно! Свой инструмент – это как…

– Свой автомобиль?

– Гораздо больше. Это как друг.

Как партнер, как муж или жена. Привычный, любимый, ты понимаешь его, а он понимает тебя и чувствует, когда тебе плохо.

– Так, это понятно, ну а в-третьих?

– Что «в-третьих»?

– Ты сказала «во-первых», «во-вторых»…

– А, ну да! В-третьих, его альт был просто объективно намного лучше, чем любой временный инструмент, который ему бы дали в оркестре.

– Я так догадываюсь, что финал твоей истории таков, что старинный альт благополучно вывезли контрабандой из СССР, и ты, жена помощника генпрокурора, неприкрыто сочувствуешь контрабандистам.

– Шурик! Прозвенел третий звонок.

– Ну так расскажи уже!

– Короче, кто-то надоумил Ларису. У нее было два красивых «фирменных» чемодана. В них внутри – ерунда, тряпки. А еще она взяла с собой в поезд старую, замызганную такую, хозяйственную сумку. На дно сумки положила альт, завернув в кухонное полотенце. А сверху набросала разную муру, которую обычно берут с собой в дорогу: жареную курицу в газете, какие-то вареные яйца, скорлупы накидала, разные обрывки и огрызки.

– Браво! Остроумно. Ну и что же?

– Ну, конечно, сумку с альтом на границе даже не открыли.

– И это мне рассказывает жена… Но история поучительная. Очень поучительная.

– Ой, Шурик, пойдем скорее, мы же на второе отделение опоздаем. Райцер будет играть концерт Чайковского – это должно быть что-то убийственное.

– В смысле?

– В смысле гениальности. Побежали! И респектабельная пара устремилась в концертный зал.