Проклятие ведьмы. Половинка

Все уже привыкли, что Анисия наречённая Ярослава, а после сегодняшней его выходки, семья больше не будет тянуть с их свадьбой. Я видел, какой переполох случился, когда он на глазах всего честного народа повязал на твою голову очелье. — Девушка молчала, лишь голову опустила ниже и с каким–то остервенением комкала передник руками. — Ты должна уехать, Заряна из яжменских травниц, это приказ Белозера Белгорского.

— Хорошо! — Девушка поднялась с пня и смело встретила колючий взгляд волхва. — Против воли князя не пойду.

Я уеду. — Поправила сумку на плече. — Но только завтра по утру. — Грустно улыбнулась: — Негоже травнице пропускать такой праздник!

— Пообещай, что не придёшь к главному костру через огонь прыгать, — мужчина довольно улыбнулся.

— Этого я не могу обещать, — Заряна смотрела смело. — Весь год впереди, неизвестно, куда меня дорога заведёт и как дальнейшая жизнь сложится, я не могу пропустить очищение огнём и водой. И не желаю нарушать традицию и обижать наших предков.

— Понимаю. — Наволод недовольно поджал нижнюю губу, взгляд снова сделался подозрительным.

— Тогда обещай, что не будешь прыгать через костёр с Ярославом и постараешься избегать встреч с ним.

— И этого тоже я не буду обещать. — В глазах девушки плескалась обида и невыплаканные слёзы. — Чего вы так боитесь? Что может случится от того, что я сегодня в последний раз проведу вечер подле Ярослава?

— Ох, милочка, я уже давным–давно ничего не боюсь. — В голосе волхва прозвучал металл. — Покоя не даёт волнение за твоё сердечко ретивое, хватит ли ему крепости и стойкости пройти через такое испытание нелёгкое и не впустить в себя тьму отравляющую, как когда–то случилось с твоим далёким предком.

Ваш род и так долго страдал от её проклятия несправедливого, а тут снова дела душевные приключились.

— За моё сердце, значит, волнуетесь? — Травница перекинула косу на спину. — Не стоит. Я не Велижана! Я не обреку своих потомков на одиночество! На мне всё и закончится.

Заряна повернулась и медленно побрела домой.

По щекам текли слёзы, которых она даже не замечала, а в душе медленно что–то рвалось и умирало.

“Что бы ни случилось, но я стану твоей, любимый!”

Пошла быстрее, чувствуя спиной горящий взор волхва.

“И это будет мой единственный, первый и последний раз, когда я буду с тобой! — Всхлипнула и зло вытерла слёзы со щёк.

Заряна шла через княжеский сад с гордо поднятой головой. Всё сразу стало будто другим, словно мир перевернулся с ног на голову.