Проклятие ведьмы. Половинка

И бурча себе под нос добавила: — Но лучше бы мы не перепутали.

— Маняша! — одновременно закричали старшие домовихи на младшенькую, возмущённо подбоченившись.

— А что сразу Маняша? — Домовиха сердито дёрнула за концы платка, затягивая узел под подбородком, да так, что круглые красные щёчки стали казаться ещё больше, встала в точно такую же позу. — Говорю как есть!

— Тогда бы точно не миновать гнева Матрёны. — Хавронья прошла к столу и забралась на стул, обвела строгим взглядом подруг и тихо добавила: — Всем троим.

Домовихи испуганно переглянулись между собой.

"Что есть, то есть: гнев ведьмы страшен! — Заряна села на кровати и опустила босые стопы вниз, прислушалась.

— А что, Матрёны дома нет? — спросила она, расплетая растрепавшуюся косу, взяла гребень со стола и провела по спутанным волосам.

— Ага, — подтвердила Хавронья догадку молодой травницы. — Ушла проверить малыша. И мы не просто так собрались. Совет держать будем! Мысль есть у нас.

— Мы тут порешили, — Агапка смотрела серьёзно и немного тревожно, — раз не получилось извести девиц–красавиц, надо тогда опробовать Маняшин способ: нужно срочно поцеловать Ярослава.

У Заряны выпал гребень из рук.

— Да как же его прилюдно поцелуешь–то, — обвела взглядом притихших домових, — вокруг него постоянно кто–то крутится! И я не знаю, как это можно сделать без его на то позволения.

— Ха, — Маняша, заложив руки за спину, с задумчивым видом прохаживалась по комнате от окна до стены и обратно. — Да он только рад будет. Ты, главное, сообрази, как его в лесочек заманить, чтобы вам остаться наедине хоть ненадолго.

— Да заманить–то нетрудно, — Заряна пребывала в задумчивости, припоминая тропки в малознакомом лесу, который примыкал к княжескому саду. — Вот только я не знаю, как это — показать эти самые намерения?

— Как–как! Нужно сделать правильное лицо. — Маняша остановилась в центре комнаты, наклонила голову к правому плечу. Сложила руки перед собой и перстом правой уперлась в пухлую щечку, выпятив губы для поцелуя, кокетливо повела глазами.

Старшие домовихи остолбенело стояли с открытыми ртами.

Хавронья повернулась к Заряне, указала на Маняшу пальцем и строго настрого наказала:

— Вот так точно не делай!

— Тю–у–у, — с досадой протянула младшая домовиха. — Я, главное, учу, как надо, а они…

— Не обижайся, Маняша, но так я сделать не смогу. — Заряна посмотрела в окно.