Дюймовка, попаданка-вредина

В гамаке было так уютно, что, утомленная бессонной ночью и бурными приключениями, Вика повернулась на бочок, закуталась в плед и уснула.

Проснулась она с первыми утренними лучами. В листве щебетала невидимая глазу живность, кто-то жирненький и пернатый порхал в вышине, оглашая мир криками. Эти вопли Вику и разбудили. Она почувствовала, что хочет есть и в кустики (второе больше).

Попытка спуститься по веревочной лестнице закончилась падением на траву. Потерев ушибленный бок, Вика огляделась, выбрала заросли погуще и двинулась решать насущную потребность.

Из зарослей она выбралась вдвойне довольная — кроме прочего в зелени еще и съедобные ягоды нашлись. Перекусив здесь же, по деревом, Вика отправилась умываться.

Ручей все также весело бежал по камням. Наклонившись к воде, Вика услышала шум — невдалеке кто-то сурово и методично что-то куда-то забивал.

Заняться было нечем, и Вика решила сходить проверить, кто там такой буйный.

«И почему я не удивлена?» — спросила она себя, выйдя на полянку возле знакомого строения.

— Чего это ты делаешь? — спросила Вика, подходя ближе.

— Строю, — мрачно ответил тот и от души саданул по гвоздю, вогнав его по самую шляпку.

— А чего строишь?

— Леталку.

— А зачем?

— Затем, — «Бац!» — еще один гвоздь мгновенно ушел в доску.

— Зачем «затем»? — переспросила Вика.

Эммануил бросил на нее мрачный взгляд, но все-таки снизошел до объяснения:

— Этот мерзкий усач Бернгольд увел мою невесту, и я собираюсь ее вернуть.

— Вообще-то я его бросила, — гордо выпятив грудь, произнесла Вика, польщённая тем, что ради нее Эммануил затеял все это строительство.

— Я не о тебе, а о Летании.

Радость тут же исчезла. Вика насупилась.

— Ты же говорил, что она тебе не подходит, и что тебе нужна я! — воскликнула она сердито.

— Нет, — Эммануил шарахнул молотком по доске. — Летания — вот моя невеста.

Вика посмотрела на кучу приколоченных друг к другу досок — выглядела конструкция сомнительно.

— Думаешь, твоя леталка будет круче, чем дирижабль Бернгольда?

— Ха! — Эммануил снова саданул по гвоздю. — Моя леталка будет единственной. А с дирижаблем я разберусь, — он скрипнул зубами, и Вика порадовалась, что она не дирижабль.

— Ладно, не буду тебе мешать, — торопливо произнесла она и поспешила прочь.