Мурр Неупокоенный

Вот если ли бы оно отозвалось — вот это было бы странно.

— Так, что я ещё могу предпринять в данной ситуации? — Задался я насущным вопросом. И тут меня осенило. — Статус!

В доступе отказано.

Код ошибки: 0005422531.

Но, к сожалению, спонтанно возникшая у меня идея тут же обернулась очередным провалом. Как бы я не старался вызвать божественное окно с моими личными данными, в ответ я получал лишь сообщение об ошибке. Вселенная просто не позволяла мне увидеть какие-либо данные обо мне, ссылаясь на сбой в работе.

— И тут фиаско!

И как на это реагировать? Получается: если ты вдруг умер и у тебя амнезия, то и для всего этого мира ты теперь никто и звать тебя никак? Вычеркнули из всех списков и пинком под зад отправили обратно к живым? Это же слишком жестоко! А как тогда о помощи попросить? Или мне до конца времён теперь сидеть одному в этой пыльной коробке, ожидая, что моё отсутствие на небесах заметит кто-то из уполномоченных?

— Бр-р-р. — Меня аж передёрнуло от подобных перспектив.

А ещё разболелась голова. Хотя, не исключаю, что мне это только показалось. Вряд ли у мертвецов бывают мигрени.

— Впрочем, у меня теперь есть вечность, чтобы узнать правду. — Натянуто улыбнулся я.

Внезапно, воздух вокруг завибрировал и наполнился энергией, со всех поверхностей начала подниматься пыль, а в тёмных углах склепа задрожала паутина. Повеяло какой-то неприкрытой, неизвестной мне мощью, заставившей невольно съёжиться и замереть на месте. Над потолком, словно звёзды, вспыхнули десятки синих огоньков, рассеявших тьму и будто бы наполнивших это место жизнью.

.. А, мгновением спустя, раздался звонкий девичий чих, отдавшийся эхом от пустых каменных стен.

— Эм, будьте здоровы! — Рефлекторно отозвался я, чувствуя некоторую неловкость момента.

— Благодарю. — Тихо, с явным смущением, ответил мягкий девичий голосок, в котором отчётливо слышались писклявые нотки юности.

Взяв себя в руки и вытащив голову из плеч, я обернулся и имел честь лицезреть невысокую черноволосую девушку, короткие пряди которой отливали благородным серебром, а её милое острое личико покрывал густой румянец.

Облачённая в чёрные свободные одеяния, отдалённо напоминающие одежды монашек, в своих ладошках она сжимала стопку бумаг, скрепленных держателем. Из-за плеч девочки торчали тёмно-серые перепончатые крылья, лишённые и намёка на перьевой покров, и которые эта девчонка пыталась зачем-то спрятать, с усилием прижимая к спине.