Мурр Неупокоенный

— Твою ж…! — В сердцах выругалась Райлетт, резко затормозив, а затем сделала несколько неуклюжих шагов назад, когда прямо у её ног неожиданно образовался натуральный земляной водоворот, из которого неспешно поднималась фигура в тёмном балахоне.

— Госпожа! — Ворон тут же атаковал незнакомца, рванув на таран.

Но ещё на подлёте к своей цели, фамильяр в прямом смысле слова просто исчез без следа. Даже вскрика не было. Вот он летит ко врагу, а через мгновение на его месте пустота.

— Ловушка души. — Охотно пояснила тёмная фигура, отвечай на невысказанный вопрос оторопевшей и замершей на месте Райлетт.

Я узнал этот голос. Высокомерный и самодовольный, но одновременно с этим необъяснимо приятный и мягкий. Можно даже сказать чарующий. И принадлежал он той самой Трёхсотлетней Лин, с которой мы вчера так и не нашли общего языка.

— И снова здравствуй, дух! — Поприветствовала меня некромантша, найдя взглядом.

— Эм-м, привет… наверное. — Неуверенно отозвался я.

Тем временем, из своих гробов один за другим выбирались мертвецы. И двигались они куда проворнее Мортимера, хоть и выглядели гораздо менее свежими, чем он. Причём, останавливаться в увеличении своей численности зомби явно не планировали, окружая нас всё более и более плотным кольцом. Десять, пятнадцать, двадцать пять… я очень скоро сбился со счёта.

— Я пришла за тобой лично, дружок, так что будь благодарен! — Промурлыкала Лин и хищно улыбнулась. — Ты идёшь со мной!

— Я, пожалуй, откажусь! — Не раздумывая ответил я.

— Глупый! Меня не интересует твоё мнение! — Рассмеялась ведьма. — Ловушка души!

Как только она произнесла это, глаза Лин загорелись алым пламенем, которое с невероятной силой начало притягивать меня к себе. Сила с которой меня затягивало было совершенно несопоставима с той, что была у ящера. Я даже подумать не успел о сопротивлении, когда уже всё закончилось. Пропало кладбище, поднятые зомби, Райлетт, Аллан, Лин. Исчезло всё и вся, даже верх и низ.

Глава 18: В клетке.

Для того, чтобы описать место, в которое я попал, много ума не потребуется. Сколько бы я не вертелся, как бы не всматривался — вокруг не было ничего. Ничего, кроме всепоглощающей, неестественной темноты. Настолько непроглядной, что даже с помощью призрачного зрения я не мог разглядеть собственных рук и ног. Прямо, как тогда в мастерской Мортимера, когда я попытался примерить на себя личину Гленалиэля, и из-за этого мир вокруг меня “сломался”.