Мурр Неупокоенный

Впечатление портила лишь тучная фигура мужчины, с которой лазить по чужим домам и прятаться в подворотнях, чтобы незаметно кого-нибудь “чикнуть”, было бы тем ещё испытанием.

— Не хами, девчонка! — Возмутился Оскар. — Мне всего тридцать восемь!

Он отвесил колдунье подзатыльник. Свой фирменный, “предупредительный”. Такой же невесомый, как и его поступь. Пухлая ладонь едва коснулась белоснежных волос девушки, не причинив той никакого вреда.

Подобное действие Оскара за прошедшие полгода уже стало настолько привычным для Райли, что та не обращала на это “наказание” никакого внимания.

Тем более, что она прекрасно знала, что её босс никогда и ни при каких обстоятельствах до этого не бил особ женского пола, вне зависимости от их возраста и степени стервозности. И юная ведьма вряд ли станет исключением — её проступки явно не настолько велики, чтобы сподвигнуть толстячка к настоящему рукоприкладству. Оскар хоть и пытается перевоспитать юную язвочку, но обозначенной им же черты, точно не переступит. Не такой он человек.

— Тридцать восемь — это ж две трети жизни уже позади. Соболезную. — Хихикнула колдунья в ответ и сделала ещё пару глотков кофе. — Хорошо, что мне до этого ещё далеко!

Показывать Оскару, что у неё тоже есть слабости, девушка категорически не желала. Поэтому, затолкав остатки тревог куда подальше, она лёгким движением руки поправила испорченную Оскаром прическу и нацепила на лицо свою обычную маску пренебрежения ко всему окружающему.

— Вот ведь чёрт меня дёрнул взять под крыло эту малолетнюю змеюку! Так и прыскает ядом в каждом слове! — Усмехнулся толстячок и присел на стул за барной стойкой. — Вот, нет бы комплимент сказать, мол: “Оскар, для своего возраста ты прекрасно выглядишь и здоровье у тебя отменное! Молодец, так держать!”

Райли скептически осмотрела с головы до ног лысеющего здоровячка-толстячка, с поблёскивающей испариной от пота и морщинками на лбу.

— Даже если я повторю произнесённое тобой слово в слово, уверена, что прозвучит это, как издёвка.

— Хмыкнула ведьмочка после секунды раздумий. — Ты правда этого хочешь?

— Ой, да ну тебя! — Махнул рукой мужчина средних лет, который другой реакции от Райли и не ожидал.

Вообще, ему на самом деле импонировала безграничная язвительность единственной его работницы, чего Оскар, собственно, никогда особо и не скрывал. Но слегка подкорректировать её нрав, он всё же находил необходимым.