Тропы пещеры Озис

А тебя и твоих воинов я хочу наградить за готовность служить мне, выпейте вина из моего бокала!И Юрис сам наполнил свой бокал до краев и прикоснулся губами к вину, после чего передал его Дартвартсу, который принял его с величайшим почтением.Да здравствует великий Карборатр! – прокричал король горзонов, и его воины.После того, как они ушли, музыканты вновь заиграли, а Юрис, наконец, подозвал жестом танцовщицу и предложил ей сесть.Я не могу себе позволить сидеть рядом с великим Карборатор, - побелевшими губами прошептала девушка.

И Юрис вспомнил, что далеко не все здесь знают алюрис. Девушка, похоже, знала. Кто еще из музыкантов знает алюрис? – спросил Юрис.Никто, мой господин, сейчас только я одна.Как твое имя?Маршвару, мой господин.Ага, Юрис едва не наморщил лоб, но властелин в нем не дремал, а напротив, вовремя подсказал, что негоже властелину морщить лоб. Имя Маршвару – это было имя легендарной принцессы, которую часто вспоминали призраки Восточного леса, но Юриса это уже не могло ошеломить, он был властелином.  Есть ли у тебя муж, Маршвару? – задал Юрис нескромный вопрос.О нет, великий Карборатр, танцовщицами у моего народа могут быть только девушки не знавшие мужчин.Тебе нравится, то, чем ты занимаешься?Да, мой господин, великий Карборатр, приветствовать тебя танцем, это честь.Будет достаточно, если ты будешь просто называть меня своим господином, - снисходительно произнес Юрис, в душе бешено хохоча. Его забавлял этот спектакль церемоний, но он уже инстинктивно втянулся в эту игру с самого начала.  Девушка сидела скромно, сложив руки на коленях, и не смела поднять глаз.- Скажи мне, Маршвару, кто научил тебя говорить на алюрисе? – спросил Юрис.Девушка тревожно оглянулась, и заговорила заметно тише.О, мой господин, обещайте мне выслушать меня до конца, даже если небо упадет на землю, даже если сюда войдет мой отец и попросит меня удалиться, даже если…Подожди-ка, - прервал ее Юрис. Он внимательно посмотрел на девушку. Маршвару по-прежнему не поднимала глаз, но плечи ее вздрагивали от частого дыхания. И краем глаза Юрис заметил, как один из музыкантов пристально смотрит на девушку. В состоянии всевластия, ему не составило труда определить причину – музыкант явно прислушивался. «Шпион, наверное», - лениво подумал Юрис, и снова поставил галочку – слово «шпион» было ему неизвестно, но его значение он понимал без труда. Ты сказала, что «даже если сюда войдет мой отец».