Будни королевского кота.

Ни за что не хотел!

-Интересно, что там? – заинтересовался Раус.

-Ничего хорошего! – заверил я. – Не стоит туда заходить!

Но, разумеется, наткнувшись на замороженную дверь посреди ледяного замка, эти два недоумка тут же принялись ее расколдовывать! Флириил азартно махал руками, пытаясь справиться с магией, окутывавшей тяжелый засов. Раус же возился со льдом, пытаясь сколоть его рукоятью меча.

Волак подошел ближе ко мне и вдруг стянул с себя раздобытую мной накидку и набросил на меня сверху.

Моей первой реакцией было взвиться в воздух, вырваться. Лишь затем я сообразил, что никто, собственно, меня не держит. Существо лишь пыталось меня согреть.

-Нет нужды. Надень обратно, - посоветовал я, избавившись от дурно пахнущей тряпки.

Мало того, что она пропахла волаком, так еще и прошлый ее владелец не слишком заботился о чистоте своего тела!

-Получилось! – торжественно произнес Флириил и подналег плечом на дверь, освобожденную от льда и засова.

Мне хотелось зажмуриться, но глаза мои против воли распахнулись во всю ширь, когда перед нами предстал широкий округлый зал.

В центре его на полу и на стенах были вырезаны магические печати. С потолка свисали кандалы. Ровно над тем местом, где я простоял без малого десять лет в качестве ледяной статуи.

Я содрогнулся, не в силах поверить, что это место действительно существует. Место, где умер Нейтирен Великий и родился Нейтирен Отступник. Все хорошее во мне умерло немного позже, вместе с мужем Аллирии.

Но здесь, именно здесь все началось.

Я проскользнул в зал следом за Флириилом. Маги деловито оглядывали пустое помещение в поисках того, чем можно набить мешки. Раус уже успел из личных покоев Инсмандиила вытащить кучу золота, не побрезговал даже золотыми кубками, хотя я предупреждал, что на них вполне может быть яд. Инсмандиила Темного из явившихся по его душу героев и наемников не пытался отравить только ленивый. Даже я сам подсыпал кое-чего, что, вероятно, так и осталось примерзшим к кубку.

Пол в центре зала, там, где была вырезана лично для меня предназначенная печать, был ледяным. Я тронул его лапой, не исключая, что окочурюсь прямо сейчас. Но я должен был преодолеть страх, столетиями сковывавший меня по ночам. Боязнь вернуться сюда. Снова стать ледяной статуей. Замереть вне жизни и времени.

Почему он меня не убил? Я задавал себе этот вопрос тысячи раз. До тех пор, пока еще мог хоть что-то соображать.