Ночные волки

Если передвижение счетов и вообще все, что связано с финансами и безналичными расчетами, можно объяснить элементарным взломом защитной системы наших компьютеров, отчего им становится известен банк всех наших данных, то объяснить их осведомленность о перевозках наличных сумм лично мне представляется очень затруднительным. Я бы даже сказал, что в некоторых случаях это просто невозможно. Но они почему-то обо всем знают.

— Но разве вы не заносите в компьютер обналичивание? — спросил Меркулов, не сводя взгляда с Фаизова.

Фаизов охотно ответил:

— Боюсь, вы не понимаете, о чем идет речь. Чтобы обеспечить полную секретность, данные об обналичивании заносятся в компьютер за минуту до того, как начинается операция по перевозке. За это время невозможно раскрыть эту, мягко говоря, служебную тайну. Я уже не говорю о том, чтобы спланировать ограбление. А у них, надо признаться, это получалось лихо.

— Даже слишком, — встрепенулся молчавший до сих пор Роберт Ильич Цой.

— Ну что ж, — сказал Меркулов. — Если я правильно вас понял, главный вывод, которым вы решили поделиться с нами, заключается в том, что преступникам каким-то образом известно все, что делается в ваших банках. Так?

— Совершенно верно! — подтвердил Горшенев.

— И, как нам кажется, — добавил Цой, — дело здесь совсем не в проникновении в компьютерный банк наших данных. Точнее, не только в этом.

— У вас есть какие-то предложения, пожелания? — спросил у них Меркулов.

У банкиров был уже заранее приготовлен ответ на этот вопрос.

— Мы решили, — сказал Горшенев, — назначить премию. В случае успеха вашего расследования все три наших банка переведут на счет Генеральной прокуратуры России по полмиллиона долларов. Думаю, что чуть позже к нам присоединятся еще некоторые солидные банки.

И тут Грязнов подал голос.

— Между прочим, — заговорил он немного обиженно, как мне показалось, — здесь не только прокуратура, я представляю МВД, точнее, Московский уголовный розыск, то есть МУР.

Меркулов, успокаивая его, поднял вверх ладонь.

— Разберемся, — сказал он. — Братьев по оружию мы никогда не забывали. В сущности, господа, предложение ваше, наверное, дельное, а умозаключения не лишены смысла. Разумеется, с вашей помощью мы проведем тщательное расследование. У нас уже есть соображения на этот счет. Можно сказать, что мы уже выработали определенное решение. — Он взглядом погасил вспыхнувший в моих глазах вопрос.