Свадьбе не бывать!

Я опустилась в удобное кресло, откинулась на спинку,

         Имя режиссера, Альфредо Лассо, поставившего оперу, считалось скандальным. Он то оголял ноги своим актерам прямо до середины бедра, то заставлял их произносить со сцены «крайне неприличные слова, которые мужчины используют исключительно в своем кругу», то утверждал, что в его постановках поднимаются острые социальные проблемы, тогда как все аристократическое общество было уверено, что ничего, кроме попытки эпатировать, там нет.

         В общем, мужчина сделал себе имя исключительно на эпатаже.

         И, надо признать, я была согласна с теми, кто так считал. Прожив в этом мире больше полугода, я уже видела, что общество, консервативное и патриархальное, не желает принимать какие-нибудь действительно серьезные изменения. В этот раз на танце типа канкана, когда актрисы не постеснялись оголить свои ноги до самого колена, несколько аристократов поднялись и вышли из зала, намеренно хлопнув креслами в знак протеста.

         Рядом тихо хмыкнул Леонард. Он, похоже, оказался ценителем женских ножек, потому что смотрел на сцену, практически не отрываясь.

         В антракте из зала удалились еще несколько аристократов, из тех, кто поскромнее и не любит мешать другим наслаждаться оперой.

         К концу постановки про несчастную герцогиню и ее любовника из купеческого сословия я успела примерно составить себе мнение о нравах в высшем обществе и в полусвете.

         — Понравилось? — поинтересовался Леонард, когда представление закончилось.

         — Все интересней, чем дома сидеть, — ответила я.

         В ответ — усмешка.

         — Что ж, завтра тебе тоже не придется сидеть дома. Сразу после закрытия библиотеки мы вернемся в столицу, и я расскажу тебе детали твоего первого дела. Пока же я верну тебя домой, как и было указано в договоре.

         Да как скажете. День выдался трудным, мне нужно было отдохнуть. У себя дома, конечно же, не в столичном особняке.