Хозяева Земли. Хищники жаждут ночи (книга 7)

– Нашёл на сеновале, как специально меня там ждала.

Девочка лет двадцати отроду, трясясь и всхлипывая, сжалась вся, пытаясь запахнуться лохмотьями от рясы. Похоже, этот урод...

Что – то красное наплыло на мои глаза. И мир в одно мгновение изменился для меня. Он стал объят кровавым заревом от пожаров, а бандиты перестали быть людьми. Они стали злобными, уродливыми орками.

Лук явился будто живой по силе мысли. Первым же выстрелом я размозжила голову насильнику. Ещё не до конца осознав случившееся, двое бандитов попытались накинуться на меня с верёвками.

И рухнули сражённые в следующий же миг. Почуяв смерть, банда ощетинилась. Но не вся: двое сразу бросили шайку, взлетев на лошади, погнали с пригорка галопом от греха подальше.

Грим попытался ударить меня топором, но получив магическую стрелу в грудь, упал замертво, не дойдя каких – то трёх шагов. Следующим пристрелила лучника, лихорадочно пытающегося положить на тетиву стрелу дрожащими лапками. Поражаясь собственному хладнокровью, я даже оскалилась, чуя поджаренную плоть и витающую в воздухе панику.

До этого я даже шага не сделала с крыльца, расстреливая всех стоя на месте.

Дальше пришлось увернуться от стрелы второго стрелка, затаившегося за трупом товарища. В ответ выстрелила точно в лоб. От криков паники и общей суеты, привязанные к столбам лошади стали вырываться и брыкаться, оттого уцелевшие не сумели воспользоваться транспортом, чтобы сбежать. Сразила и удирающих, зацепив случайно и лошадь стрелой, вышедшей навылет.

Пройдя быстрым шагом по полю бойни с луком на изготовке, я выявила ещё одного бандита, что затаился за кладкой дров с мечом наголо. Не пожалела и его. В итоге из всей банды уцелели только двое первых всадников, сумевшие вовремя сбежать.

Убедившись, что банда разбита, я пошла на двор, где до этого приметила рукомойник с подвесным бачком. Как только схлынула красная пелена, мне захотелось смыть со своих рук кровь, которой, как оказалось, и не было…

Пребывая какое – то время в прострации, и не заметила, как во дворе появились люди.

– Мать – настоятельница? – Раздалось за спиной.

И я обернулась.

– Ты обронила молитвенную нить, Мать – настоятельница, – проговорила молоденькая монашка, вручая мне утерянные чётки.

Из дрожащих лапок, истерзанных мозолями, приняла я их, как под гипнозом. А потом вдруг поняла, что во дворе творится неладное. Полсотни монашек обступило меня со всех сторон плотной, чёрной толпой.