Кощей и происки рыжей ведьмы

– Всё готово! – Маришка, компенсируя нехватку слов красноречивыми жестами и взглядами, присела на травяную кочку и стала с любопытством ждать, что же будет дальше.

Баюн до того обнаглел, что умудрился насолить многим. Кикиморе он раз в зелье от неудачи золы насыпал, эффект получился прямо противоположный. Бедная девушка потом целый месяц все шишки собирала, теперь пришёл её черёд посмеяться.

– Пожааааррр, горю! – басовито заорал огромный, лоснящийся от жира, серо-полосатый кот, тщетно пытаясь не выпустить из уже обожжённых лап любимую золотую цепь.

Как и следовало ожидать, минут через пять солидная туша, точно подбитый бомбардировщик, вошла в крутое пике и совершила довольно жёсткую посадку на ежиные спины. Вредные зверушки ещё и покусали его в отместку за то, что он лесовиц и кикимор дразнит и обижает.

Дуя на обожжённые лапы и жестоко истерзанный хвост, Баюн осмотрелся, но виновников переполоха так и не засек. Наконец он попытался вытащить противные колючки, гордо усеявшие его многострадальный зад:

– Узнаю, какая скотина это со мной сотворила, разорву на клочки! – злобно прошипел он.

Естественно у него ничего не вышло. Лапки были слишком коротки, чтобы дотянуться. Да и лишний вес и лень лишили былой ловкости.

Минут через тридцать на дороге появился Данила под ручку с Маришкой и Алёной. Городской парень с воодушевлением рассказывал девицам, чем неко отличается от кицуне. Те восторженно ахали и просили поведать ещё о чем-нибудь, не менее увлекательном.

– Красавишны! – взвыл Баюн, он даже слезу пустил, чтобы разжалобить кикимору и ученицу Бабы-Яги, что уже порядком натерпелись от него.

– О, подруга! – прыснула от смеха Маришка. – Мы статус сменили, красавишнами стали! Скажи, а Баба-Яга нам сыщет парочку царевичей, хоть самых завалящих?!

– Дались тебе эти зазнайки и белоручки?! Ты что забыла, как к князю Хвариле царевич Киндей приезжал в баньке попариться?!

– Ой, не напоминай! Это чучело гороховое чуть весь лес не спалило. Деревенским пришлось вместе с нечистью лесной начинающийся пожар тушить.

Так и не добившись от девушек сочувствия, бормоча себе под нос заковыристые проклятия, Баюн решил, что его самочувствие не позволяет бегать туда-сюда по золотой цепи. Поэтому он махнул лоснящимся хвостом в воздухе и очутился в Кощеевой лавке в городе.