Поберегись! Принцесса наступает!

Сейчас он как никогда напоминал Ване родного Кукухина старшего — мать вечно жаловалась, что вечно он пропадает, когда нужен.

Хотя, у самого Вани с этим проблем не было — когда кто-то должен был научить его рыбачить или раздавать тумаки дворовым мальчишкам, отец всегда был тут как тут.

А вот сейчас его не было. Ваня утешал себя мыслью, что этот мужик только носит лицо отца. Да и вообще, взрослый же парень. Пусть и в теле девицы, но разве ж он не справится с парой задир?

Но у него было время подготовиться: хорошенько смазать петли тайного прохода между комнатами королевских особ, чтобы не скрипели (вообще-то, это он обнаружил уже на второй день во дворце — знал же, что искать) и пройтись по лесу с загадочной белой банкой, маниакально хихикая.

Как хорошо, что его никто не видел!

Поэтому, когда наступила ночь, Ваня выскочил из своей новой тесной комнатушки и отыскал ближайшего охранника — молодого мальчика ростом с саму Офелию. «Прекрасно, — подумал он, зажимая ему рот и утаскивая обратно в спальню.

Наконец он отпустил охранника, наслаждаясь замешательством на веснушчатом лице. Уперев руки в бока, Ваня скомандовал:

— Раздевайся.

— Ч-что?! — взвизгнул тот. — Ваше Высочество, не положено!

Ваня фыркнул, прежде чем шикнуть на него.

— Тише! Тут стены картонные. Ишь, чего удумал. Придержи мыслишки! И почему я не китайская принцесса? Были бы вокруг одни кастраты — на душе было бы спокойнее. Раздевайся, говорю, мне твоё тряпьё нужно. Чё встал? Давай живее!

Подгоняемый «нежной принцессой Офелией», парень живо выскочил из штанов и всего остального и уперся вхглядом в пол — должно быть, сгорал со стыда.

— Да чего ты... Первый раз что-ли перед девчонкой в трусах? — фыркнул Ваня. — Ничего, переживёшь. Ну накинь что-нибудь из моего шкафа, до казарм уж добежишь.

Охранник сначала покраснел, затем побелел и наконец выдавил:

— Так я ведь мужчина, а вы...

— Слушай, парень, — заговорщицки прощептал Ваня, уже натягивая чужую одежду.

— Я... Шестнадцать, — покорно выдавил охранник.

— Ага... — Ваня уже застёгивал куртку. — А пискло говорить можешь? Как девочка. Давай, молодой ещё, точно можешь!

— Ну... — парень замялся. — Наверное.