Театр одной актрисы

Мы могли говорить о народных песнях и тут же переключиться на оружие, она могла с интересом выслушивать о нашем транспорте и технологиях, но, внезапно поняв, что это ей не принесет никакой пользы, резко переводила разговор на что-то другое. Несколько десятков тем, в подробностях и наскоком, повелительный жест руки, чтобы я замолчала на несколько секунд, и снова вопрос. И ответ. Я, кажется, наговорилась на несколько лет вперед. И еще: я постоянно ощущала себя на грани. Чуть оступишься и умрешь, не найдя ни капли сочувствия в черных, с расширенным зрачком, глазах королевы.

И все же я решилась, успев прохрипеть свой вопрос до того, как королева не выпроводила меня из своих покоев:

- Вы не поведаете, Ваше Величество, как я здесь оказалась и что от меня требуется? Смею надеяться, что вас не затруднит ответить мне?

Она посмотрела мне в глаза, ласково улыбнулась и так же ласково ответила:

- Затруднит.

С удовольствием посмотрела на мое вытянувшееся лицо и добила:

- Тебя ждут за дверью и проводят к себе.

И нахально ухмыльнулась.

Вот сука! От злости кровь ударила в голову.

- Страт! Проводи гостью!

Королева не стала дожидаться, пока я соизволю выйти. Мой недавний провожающий, все тот же «серый плащ» зашел, ловко подхватил меня под локоток и бесцеремонно выволок из королевской комнаты.

Я шла на автомате, совершенно ничего не понимая, а в голове билось паническое: «Попала».

Уже в комнатке я, наконец, осознала, что тут я в очень хреновом положении.

С ситуацией меня немного смирила еда, замеченная мной на столике у «кровати», и я тут же осознала, насколько я голодна. Я же не ела… не помню, сколько. И мне даже было плевать, чем меня тут угощают, лишь бы не было отравлено медленным ядом, чтобы не долго мучиться в случае чего.

Еда оказалась отличной. Бульон с яйцом на манер французского, зеленые стручки, пахнущие чесноком, немного мяса, салат. Очень и очень неплохо. Я ела, как дикарка, и, кажется, даже урчала от удовольствия. А поев, поняла, что жизнь, в целом, неплоха, и если меня сразу не убили, то, может, я нужна? Буду как Шахерезада, рассказывать Мавен сказки на ночь три года, останавливаясь на самом интересном месте, чтобы меня было жалко казнить.