Байки кота Елпидифора

Елпидифор, стараясь не привлекать к себе внимание выбрался в сад и взобрался на качели. Пушистая мордочка с огромными грустными глазами, смотрела в звездное небо. Тоска, увиденная в них, сжала моё сердце.

— Скучаешь? — я не смог оставить пушистика одного. Он только кивнул в ответ.

— Там мои ребята, друзья. Мы столько пережили с ними вместе. И вот я здесь. А они где-то там, волнуются...

Нежность затопила моё сердце и рука сама собой погладила рыжую шерстку. Он был взъерошенным и замерзшим. Недолго думая, сграбастал его на руки и кот доверчиво прижался ко мне.

— Дракон, конечно, улетел, но он обещал вернуться, — мои руки дрогнули и сердце сжалось в предчувствии, — Женька, мы же можем с ним отправить весточку, что со мной все в порядке, что живой и здоровый, чего и им желаю.

Я выдохнул, оказывается я непроизвольно задержал дыхание, слушая котика. Но всё же осторожно спросил:

— А ты не хочешь с ним вернуться?

— Нет. Мне нравится у вас. С вами весело и нет опасных приключений, — и потерся мордочкой о мою щеку.

— Конечно, как только он будет пролетать мимо, мы обязательно передадим с ним все, что ты захочешь... А теперь пойдем в дом? А то наши Феи уже волнуются за нас, поглядывая в окошко...

***

С каменной мордой лица я сидел в машине, нервно барабаня по рулю и ожидая зеленого светофора. Елпидифор, прижав уши и раздраженно стуча хвостом, канючил больше часа:

– Жееенька, ну давай мы домой уже поедем. Я все осознал, все понял и исправлюсь, – он пытался заглядывать мне в глаза, но я стойко не смотрел на него, – ну, Женька, это же больница! Мне страшно! Там фу, как пахнет!

– Сиди уже, чудо в перьях, – не выдержал я, – сколько раз можно говорить: нечего шляться по бабам неизвестно где! Тебе мало было той милой соседской кошечки? Вот чего тебя потянуло на уличных? Ты заразу в дом хочешь принести? Так ведь и заболеть какой дрянью можно.

– Я не хаочууу, – завыла эта пушистая морда и вдруг перешла на шепот, совсем съежившись и сгорбившись, – Женька, а если они меня того…

– Чего, того? – не понял я.

– Ну… того… чик и всё. И я уже никуда не захочу ходить и буду грустный, толстый и несчастный… – его глаза стали в половину мордочки, а я аж подавился и закашлялся.