На изнанке чудес

От недавнего азарта не осталось и следа. Селена заставила себя сделать еще несколько шагов, кое-как добрела до мраморной лестницы и опустилась на ступени, переводя дух. Теперь добыча не внушала ничего, кроме отвращения.

– Молодая госпожа, Великий ждет, – услужливо проговорил лакей и отворил дверь в залитый светом холл. К чему громкие звания, подумалось Селене, когда Грандиоз с пеленок знает все ее слабости? Как-никак, родной отец.

Она поднялась и перебросила веревку через плечо. Слуга кашлянул.

– Прошу прощения, этот зверь…

– Зверя не трогать, – резко сказала она и вздернула брови.

С ее мимикой можно было бы смело идти в актрисы, но Селена выбрала скитания по лесам.

– Вот, – сказала она, представ перед Грандиозом в своем облегающем темно-синем костюме. – Я освоила саблю и копье, попадаю ножом в цель с двадцати метров и стреляю из лука получше твоего телохранителя.

Она ударила околевшую свинью ботинком на толстой подошве и сложила руки на груди.

– Выдай мне ружье, завтра я отправляюсь с охотниками! – потребовала Селена.

Грандиоз выслушал ее с отстраненным выражением лица и даже бровью не повел, когда речь зашла о ружье. Он увлеченно разглядывал подарки поклонников: серебряные ложки, обитые бархатом шкатулки, флаконы заграничных духов.

– Ружья не будет, – равнодушно сказал он. – Лучше, вон, духи попробуй. Как тебе, а?

От возмущения лоб у Селены покрылся морщинами, точно кожура зрелой чинолы. И Грандиоз с поспешностью добавил:

– Я, конечно, ценю твое стремление к превосходству.

Ты выделяешься среди других. Но пора бы уже остановиться, не думаешь? Ты могла бы стать полезной здесь, а грязную работу предоставь подчиненным.

Видя колебания дочери, он решил применить самое верное средство:

– В отличие от Гедеона, ты не размениваешься на мелочи и не тратишь время на ерунду, вроде скрипки. Тебя ждет великое будущее.

Лоб у Селены мгновенно разгладился. Она всегда выигрывала в сравнении с младшим непутевым братцем. Пока тот часами пиликал смычком по струнам, она оттачивала навыки в боевых искусствах и метании холодного оружия.

Ее тело приобрело гибкость. Ум, надо полагать, тоже. Ее прозвали богиней кинжалов, и Селена страшно гордилась собой. Любая лесть для нее была сродни сладкому бальзаму, который пить бы и пить.

– А сестра твоя, Рина, – продолжил Грандиоз. – Последи за ней, будь добра. В последние дни она редко бывает дома. Вечно в полях пропадает. И смотри, чтоб она не вздумала в подземелье сунуться.