На изнанке чудес

– Сперва зарядка, а уж потом завтрак.

Она покрутила ручку радио, настроила аппарат на нужную волну и хлопнула в ладоши. Началась утренняя программа.

«Жители города Вечнозеленого! Как спалось?» – бодро зажужжало радио.

– Ужасно спалось, – ответила ему Юлиана и покосилась на Вековечный Клён. – Всё время чудилось, будто на меня кто-то пялится.

«Что ж, в таком случае приступим к зарядке! – как ни в чем не бывало, объявил ведущий. – Руки вместе, ноги на ширину плеч. Делаем махи поочередно: правой – левой, правой – левой!»

– Рукой или ногой? – поинтересовался Кекс.

– А у меня рук нет, только ноги, – гордо заявил Пирог.

Между тем радио закончило делать махи и перешло к наклонам.

– Ну, уж наклоняться-то вы умеете, – сказала Юлиана, сгибаясь пополам. Она забыла снять цилиндр, и тот покатился по траве. Следом за цилиндром шелковыми волнами упала копна русых волос. Вышло изящно, и Юлиана уже собралась разогнуться, но волосы, как назло, запутались в ближайшем земляничном кустике.

– Ай! Вот незадача! – пробормотала она и потянулась к злосчастному узлу.

Кекс и Пирог поняли, как делать нельзя, и быстренько изобрели новый способ. Они выставили лапы вперед, подняли хвосты и дружно поклонились Вековечному Клёну на свой манер.

– Поклон наоборот – лучшее изобретение собак, – сказал Кекс. Радио с ним, похоже, не согласилось. Оно зашипело, как разгневанная кошка.

– Что за дела? – Юлиана нахмурилась и покрутила ручку. Но радио даже не подумало сменить гнев на милость. – Отнести его, что ли, в ремонт?

По Звездной поляне промчался горячий ветер, пригибая траву и шурша в кленовой кроне тревожными шепотками.

Когда водопад иссяк, гора палых листьев пришла в движение, и Кекс с Пирогом припали на передние лапы, завиляв хвостами, как пропеллерами. Из горы им навстречу выступил юноша дивной красоты в длинных пурпурных одеждах.

С момента, как Юлиана поселилась под Вековечным Клёном, миновало три весны, а с поры его первого превращения в человека – всего-то три полнолуния. Неужели обещания для него пустой звук?!

Она уперла руки в бока.

– Ну чего тебе на месте не стоится, а, Киприан? Ведь слово давал, что будешь охранять меня днем и ночью, в печали и радости.