На изнанке чудес

Одна из ног, очевидно, не натанцевавшись, опрокинула ящик с подмёрзшими яблоками, и те, сверкая красными боками, покатились по проходу между палатками.

– Порублю на колбасу, козлина рогатая! – смачно выругался южанин, проносясь мимо на яблоках и делая сальто мортале. Вслед за хозяином гораздо более изящно перекувырнулся тюрбан.

– Никудышный из вас эквилибрист, дядь, – сообщил похитителю паяц и расхохотался. – В цирк не примут!

Южанин оказался не только голубых, но и весьма горячих кровей. Подскочив, точно дикий разъяренный тигр (или кто там у них на юге водится?), он вздёрнул Пересвета за шиворот и прошипел:

– Таких, как ты, мальчиш-ш-шка, казнят на площади!

– Позвольте, я уже лет пять как не мальчишка, – глумливо ответил тот из-под маски.

Стоило бы принять во внимание недюжинную силу иностранца, но Пересвет решил раньше времени не робеть. Пусть он не так силён, зато изворотлив. Прежде чем личность паяца раскрыли, он извернулся и зарядил негодяю кулаком по переносице, отчего тот без промедления взвыл.

– Да ладно вам, дядь! Незачем так убиваться! – сказал Пересвет и поднялся с брусчатки, чтобы наградить противника еще парой-тройкой болезненных ударов. – Это вам... – «Бац!» – За Рину! А это... – «Хрясь!» – За вонючий трюм! А это... – Удар с разворота. – На будущее. Мало ли.

Пересвет отряхнул руки, переступил через запыленный тюрбан и покинул поле боя, насвистывая песенку жнеца.

– Молодчага, парень! Проучил окаянных! – кричала какая-то бабка.

– Знай наших! – топал ногами плешивый лавочник, чьи лошадки «разбежались» по вине жандарма.

– Эй, паренёк! – окликнула Пересвета благообразная торговка розами. – Возьми букетик, девушка твоя будет довольна.

«Рина!» – забил в набат растревоженный ум. – «Я ведь ей даже цветов на прощание не подарил!»

Пересвет выдернул из вазы алую розу, сорвал маску с лица и бегом бросился на станцию.

35. Проделки бездны

– Как вы сказали? Пля-пля... – Грандиоз придержал челюсть ребром ладони, чтобы перестала скакать. – Пляски?! Да еще в полночь?!

– Также было замечено гигантское светящееся дерево. Изобретатели из академии утверждают, что принадлежит оно некой Юлиане.