На изнанке чудес

Торговля там как раз достигла последней стадии кипения и бурлила, точно варево в котле. Не продохнуть, не протолкнуться. Снег под колёсами безлошадных экипажей превратился в бурое месиво. Мамаши с колясками, няни с неслухами, говорливые студенты и школьники с их шумными баталиями позади. Пора бы паяцу малость порезвиться.

– Эй, шут гороховый, с тебя причитается! – окликнула его девушка в маске, едва он поравнялся с лотком. Над лотком красовалась большая красная надпись «Бесплатно». Паяц бухнул папку на грубо вытесанные доски и перевел дыхание.

– Почему именно жуткий спятивший кролик? – поинтересовался он. – Других масок не было?

– Я спятила, когда вызвалась тебе помогать! – напряженно рассмеялась Рина. – Грандиоз наверняка пустил по моему следу собак. Зуб даю, его ищейки рыщут в округе.

– Хочешь сказать, ищейки не догадаются, что под личиной кролика-психа скрывается сбежавшая невеста? И с чего ты взяла, что именно сегодня?

– По пути сюда я видела южанина, – тихо ответила Рина. – Он вернулся за мной.

Паяц озадаченно почесал в затылке.

– Так, слушай порядок действий. Мы быстренько раздаём несколько глав, сматываемся...

– И придумываем новый порядок действий, да? – закончила за него Рина. – Опоздал. Я уже всё придумала.

Она достала из кармана билет на трёхчасовой поезд.

– Вот. Уезжаю. Может, отца разыщу, – невесело добавила она. Глаза на мокром месте, но под маской разве кто заметит? – Ходят слухи, что отец погиб во время пожара. Я слухам не верю. Он, должно быть, жив. Поселился где-нибудь в деревне, чтобы внимания не привлекать.

– Я тебя не оставлю!

– Ты нужен здесь. Ты и твоя книга. – Она развязала на папке тесёмки, вынула первую главу и, приподняв маску, поднесла к носу. – Вкусно пахнет. Типографией.

При виде ее печальной улыбки у Пересвета защемило сердце. Он избавился от маски паяца, схватил Рину за плечи и как следует встряхнул.

– Перестань! Мы не должны вот так расставаться!

– Звездный Пилигрим, – горько усмехнулась та. – А псевдоним подходящий.

Она прокашлялась, водворила размалеванную маску паяца на место и, перекрывая ярмарочный гул, призывно закричала:

– Эй, люди добрые! Подходите, разбирайте! Правда без прикрас! Задаром отдаём!

Если бы в Сельпелоне обучали торговать, Рину взяли бы без экзаменов и сразу на последний курс. По крайней мере, со своей лужёной глоткой она переплюнула бы любого торгаша. Объявление о том, что отдают задаром, подействовало, как магнит на железную стружку.