На изнанке чудес

Кстати! – Юлиана подбежала к сумочке и долго в ней рылась, пока, наконец, не вытащила разноцветные вязаные гольфы. – Помнишь, Пелагея? Однажды они спасли Киприану жизнь. А он их, представь, не взял! Я как увидела, переполошилась вся.

– Было бы из-за чего волноваться, – пожал плечами Киприан.

Пелагея проницательно сощурила глаза.

– Эх ты! Да ведь это всего лишь предлог! Она соскучилась, потому и пришла. Не мне тебе объяснять.

– Я тоже соскучился! – тявкнул Кекс.

– И я! – подхватил Пирог. Он процокал когтями к Киприану и упёрся передними лапами ему в колени.

– И почему тебя только Пирогом назвали? Ты же черный, как сажа!

– Пироги имеют свойство подгорать, – хихикнула Юлиана и покосилась на Обормота. – Уж с этим негодником мои пёсики, надеюсь, поладят. Эй, кошачья морда, ау!

Обормот немедленно впился в нее уничтожающим взглядом. Юлиану даже передернуло.

– Не смотри ему в глаза! – предостерегла Пелагея. – У него привычка переправлять надоедливых людей в иные измерения.

– Между прочим, ты собиралась выдать нам гору идей, – напомнил Киприан, пристраивая на диване полы своего длинного одеяния.

– Идеи? Какие идеи? – растерялась Юлиана. – Да я из-за этого котяры чуть собственное имя не запамятовала!

– Тогда будем придерживаться моего плана. Нужно постараться и освободить из силков как можно больше арний. Работать придется каждый день. Ты готова, Пелагея? Я научу тебя кое-каким хитростям.

Пелагея вскочила с места, да так резво, что едва не опрокинула стол.

– Всегда готова!

Она схватила котомку, раздобыла в шкафу порядком залежавшийся белый цилиндр и водрузила его себе на голову вверх дном.

Юлиана заявила, что собирается просидеть дома целый день.

– Идите, развлекайтесь! Или что там еще… Обучай ее своим премудростям. А я обойдусь. Куда уж мне-то! – Она швырнула Киприану разноцветные гольфы, и те полетели на пол. – Надевай, давай! Целее будешь.

Киприан наклонился их подобрать, не сводя с Юлианы глаз.

Когда Юлиана осталась одна, ей показалось, будто часы идут слишком медленно, тикают слишком громко и нарочно действуют на нервы.

Кот Обормот восседал на спинке дивана с таким надменным видом, словно все вокруг должны ему прислуживать.