На изнанке чудес

Пирожные, торты и вишенки на тортах за счет заведения! Ваша тень любит заварной крем? А шоколад? Нет? Какая жалость!

Заслышав, что Теору агитируют в пользу сладостей, булочник в бархатной маске – на поверку розовощёкий и круглолицый – принялся активно зазывать ее к себе, в «Сытого мельника».

И тут, как яблочки с яблони, если ее хорошенько тряхнуть, наперебой посыпались приглашения. Звали на вечер в «Ржавом гвозде», посидеть за чашечкой кофе в заведении со зловещим названием «Заводной протез». И просили, чтоб обязательно в «Шестерне» навестила.

Пелагея, которая всё это время выстукивала дерево с криками: «Юлиана, ты там?!» – отвлеклась от своего важного занятия и горячо закивала гостям.

– Конечно-конечно! Теора непременно к вам заглянет, к каждому по очереди, – пообещала она. – Ведь правда?

– Нет. Она не пойдет, – четко разделяя слова, произнесла вторая тень.

Теора с Пелагеей тревожно переглянулись. Пересвет, ворковавший с Риной о разных мелочах, вдруг словно воды в рот набрал, хотя ничегошеньки не слышал. Маски гомонили и перебрасывались шутками, как будто ничего особенного не произошло. Рябой конопатый мужичишка в шапке скомороха опрокинул в рот остатки ядрёного коктейля и, вообразив себя солистом местного театра, загорланил песню. Сбиваясь на хохот, его поддержало несколько соседей. Голосили они прескверно – кто в лес кто по дрова.

– От Мерды придется избавиться, – продолжал меж тем Незримый. Его речь звучала властно, пробирая до мурашек. – Нужно вызволить того, кто томится внутри. Не сводите близких знакомств с людьми из города, иначе отклонитесь от цели.

– Загадками изъясняетесь, ваше Темнейшество, – сказала Пелагея. Похоже, голос Незримого пробирал до мурашек только Теору.

– Я поняла. – Она проговорила тихо, но ее расслышали. Румянец смущения сменился меловой бледностью. В глазах отразилась решимость.

Поднялась с колен и, придерживаясь за ствол, словно незрячая, зашагала к дому. Незримый подвижной тенью потянулся следом.

– Что это с ней? – в недоумении прошептала Пелагея.

Пересвет с Риной одновременно пожали плечами.

Цепенея, Теора взошла по скособоченным дубовым ступеням (в них упирался могучий ствол Клёна; благо, шире расти не стал).